||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 8 мая 2002 г. N 59-о01-39

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего - Коннова В.С.

судей - Фроловой Л.Г. и Русакова В.В.

рассмотрела в судебном заседании от 8 мая 2002 года дело по кассационным жалобам осужденных А., М. и адвоката Волковой Р.П. на приговор Амурского областного суда от 27 сентября 2001 года, которым

А., <...>, русская, со средним образованием, ранее не судимая, -

осуждена по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к шести годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

М., <...>, русский, с неполным средним образованием, ранее не судимый, -

осужден по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к восьми годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

А. и М. признаны виновными и осуждены за убийство К., 1964 года рождения, совершенное 1 мая 2000 года группой лиц на почве личных неприязненных отношений.

Преступление совершено ими в г. Зее Амурской области при обстоятельствах, установленных приговором.

В судебном заседании подсудимые А. и М. виновными признали себя частично и отказались давать показания.

В кассационных жалобах:

- осужденный М. просит изменить приговор и смягчить ему наказание, ссылаясь на раскаяние в содеянном. Кроме того, осужденный М. утверждает, что он при происшедшем находился в состоянии физиологического аффекта и у него не было умысла на убийство К. Полагает, что он один виновен в смерти К., поскольку его мать А. ударами ведра не могла причинить смертельные телесные повреждения К.;

- осужденная А. просит переквалифицировать ее действия с п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ на ст. 113 УК РФ и смягчить ей наказание до не связанного с лишением свободы, ссылаясь на необоснованность приговора, чрезмерную строгость назначенного ей наказания. Считает, что она находилась в состоянии физиологического аффекта, умысла на убийство К. не имела; утверждает, что она не осознавала, что М. бьет К., не контролировала себя, когда наносила удары К. ведром;

- адвокат Волкова Р.П. в защиту интересов осужденной А. просит аналогичным образом изменить приговор в отношении А. и ссылается на те же доводы, что и сама А.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ Коннова В.С., заключение прокурора А. об оставлении приговора в отношении А. и М. без изменения, проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор в отношении А. и М. законным и обоснованным по следующим основаниям.

Виновность А. и М. в содеянном ими установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре.

Нанесение М. ударов К. металлической трубой, а А. - ведром, в жалобах не оспаривается.

Нанесение М. удара К. обухом топора подтверждается:

- показаниями свидетеля А. о том, что М. принес в дом топор, стал спрашивать у К., за что он обижает мать, пригрозил ему убийством и ударил К. обухом топора по голове;

- протоколом выемки топора-колуна;

- заключением судебно-медицинской экспертизы о том, что имевшаяся у К. черепно-мозговая травма могла быть образована не только от ударов металлической трубой, краем металлического ведра, но и другими тупыми твердыми предметами без каких-либо характерных особенностей.

При таких данных суд обоснованно пришел к выводу о доказанности нанесения М. К. удара обухом топора в область головы.

В ходе предварительного следствия А. поясняла, что между ней и К. произошла ссора, в ходе которой К. нанес ей три удара рукой по лицу. Она, взяв ведро с помоями, вышла во двор, но К. пошел за ней, выхватил у нее ведро и вылил на нее содержимое ведра. Выхватив ведро у К. и отбросив ведро, она убежала на улицу. К. при этом пытался ее схватить, кричал какие-то угрозы, а затем вернулся в дом. На улице она встретила сына - М. и рассказала ему о происшедшем. Затем вместе с М. они прошли с улицы во двор дома, где она осталась, а М. вошел в дом. Войдя через 3 - 4 минуты в дом, она увидела боровшихся К. и М., после чего они переместились во двор дома. Выйдя через 2 - 3 минуты из дома, она увидела, как М. наносил неподвижно лежавшему на земле, несопротивлявшемуся и не издававшему звуков К. с размаха сильные удары металлической трубой по голове и другим частям тела. Поскольку она была злой на К., то желая "проучить его", она схватила лежавшее у крыльца металлическое ведро и стала наносить им удары К. в область груди и головы одномоментно с нанесением ударов М. Краем дна ведра она с размаха со значительной силой нанесла К. удара 4 в область головы. В ее присутствии М. нанес К. около 10 ударов. Затем она сказала М., что хватит бить, и оставив лежавшего К., они ушли в дом.

М. в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 29 - 30 ноября 2000 года пояснял, что его на улице встретила мать и сообщила о произошедшей между ней и К. ссоре, рассказала, что тот вылил ей на голову помои. Он сказал, что пойдет "разбираться" с К. Желая заступиться за мать, он с ней с улицы подошли к дому, после чего он зашел в дом, где стал "разбираться" с К. У них возникла словесная перепалка, а затем - борьба, в ходе которой К. ему ударов не наносил. Затем он, а следом за ним - К., выбежали во двор, К. толкал его, схватил за шею. Он вырвался от К., схватил металлическую трубу и стал ею наносить удары К. в верхнюю часть туловища и голову. Когда он перестал наносить удары, К. остался лежать на земле, а он с матерью ушли в дом. Через некоторое время мать сообщила, что К. мертв.

Как следует из показаний свидетеля Б., М. рассказал ему, что он с друзьями сидел в конце улицы, туда прибежала А. и пожаловалась, что К. вылил на нее ведро с помоями. Он с А. пошли "разбираться" с К. По их приходу произошла драка, в ходе которой М. дважды ударил К., а когда тот упал - он "добил его" металлической трубой. А. при этом добавила, что и она два раза ударила К. металлическим ведром по голове и они обнаружили, что К. мертв.

Из приведенных показаний А., М., свидетелей А. и Б. следует, что после происшедшего инцидента, когда К. вылил помои на А., она убежала на улицу, а К. ушел в дом. После этого К. никаких противоправных действий в отношении А. не совершал. Между указанными действиями К. в отношении А. и ее действиями по нанесению ударов ведром К. прошел относительно длительный период времени. Указанные данные свидетельствуют об отсутствии у А. необходимых признаков физиологического аффекта. Кроме того, как следует из показаний свидетеля Б., А. с сыном М. с улицы пошли "разбираться" с К. Сама А. поясняла, что она желала "проучить" К. Указанные данные также свидетельствуют, что А. действовала осмысленно и имела целью применить насилие к К. ("проучить его"), действовала из мести за предшествующее поведение К., что также исключает наличие состояния физиологического аффекта.

М., узнав от матери о происшедшем, также решил "разобраться" с К. Он пришел с улицы к дому, во дворе дома заранее взял топор и вошел с ним к К., он первым угрожал К. убийством и нанес ему удар обухом топора по голове. Указанные данные в связи с разрывом во времени между сообщением матери о противоправных действиях К. и приходом М. к К., с учетом его желания "разобраться" с К., осмысленными действиями по вооружению топором до входа в дом к К. и последующими насильственными противоправными действиями, - также свидетельствуют об отсутствии у М. необходимых признаков физиологического аффекта.

Как следует из актов судебно-психологических экспертиз, состояния физиологического аффекта у А. и М. не имелось.

При таких данных доводы жалоб о нахождении А. и М. в состоянии физиологического аффекта несостоятельны.

Как следует из протокола осмотра и заключения судебно-биологической экспертизы, металлическое ведро имело деформированные стенки с обоих сторон (что свидетельствует о силе наносимых ведром ударов) и на нем имелась кровь, происхождение которой возможно от К.

Из актов судебно-медицинских экспертиз видно, что смерть К. наступила от тупой черепно-мозговой травмы с переломами костей свода, основания черепа, лицевого скелета, с ушибом головного мозга, осложнившихся расстройством мозгового кровообращения. Другие телесные повреждения (закрытые переломы правых ключицы, акромиального отростка, локтевой кости, 7 - 10 ребер; ссадины и кровоподтеки в области туловища и верхних конечностей, которые могли образоваться не менее, чем от 11 ударов металлической трубой, руками, ногами) способствовали наступлению смерти.

Указанная черепно-мозговая травма образовалась от совокупности не менее, чем 16 ударов, нанесенных со значительной силой. Эти удары могли быть нанесены металлической трубой, краем ведра. На формирование черепно-мозговой травмы в целом повлияла совокупность всех нанесенных ударов, при этом - каждый последующий удар усугублял действие предыдущего.

Протоколами подтверждается, что металлическая труба имела длину 128,5 см и диаметр 2,5 см.

Нанесение множественных ударов обухом топора, а затем - указанной металлической трубой со значительной силой в область жизненно важных органов человека - его голову, а также его предыдущее заявление, что он убьет К. (о чем поясняла свидетель-очевидец А.) подтверждают правильность выводов суда о наличии у М. умысла на убийство К.

Видя нанесение М. множественных ударов металлической трубой в область головы К. и состояние К. (который, как она поясняла, лежал неподвижно и не сопротивлялся), А. со значительной силой нанесла неоднократные удары краем дна металлического ведра в область расположения жизненно важных органов человека - голову К., при этом, как следует из акта судебно-медицинской экспертизы, каждый последующий удар усугублял последствия предыдущих, а их совокупность повлекла образование черепно-мозговой травмы с расстройством мозгового кровообращения и смерть К. Указанные данные свидетельствуют о наличии у А. умысла на убийство К.

Их последующее поведение: неоказание К. необходимой медицинской помощи, несообщение в медицинские учреждения о месте нахождения и состоянии К. подтверждает правильность выводов суда о наличии у М. и А. умысла на лишение К. жизни.

Поскольку М. и А. оба, действуя с умыслом на убийство К., наносили ему удары в область головы, от чего и наступила его смерть, а каждый последующий удар усугублял последствия предыдущих ударов, суд правильно признал А. и М. соисполнителями группового убийства К.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины А. и М. в содеянном ими и верно квалифицировал действия каждого из них по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ по указанным в приговоре признакам.

Судом исследовалось психическое состояние А. и М., в отношении них проводились судебно-психиатрические экспертизы, они признаны вменяемыми.

Как следует из материалов дела, до происшедшего А. на учете у психиатра не состояла. При происшедшем она совершала осмысленные, мотивированные, целенаправленные действия, поддерживала адекватный речевой контакт, у нее отсутствовали бред и галлюцинации. При таких данных ее доводы о том, что она не осознавала, что М. бил К. и не контролировала своих действий по нанесению ударов ведром К., являются несостоятельными, противоречащими материалам дела.

Наказание А. и М. назначено судом в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному ими, с учетом данных об их личности, влияния назначенного наказания на их исправление и всех конкретных обстоятельств дела.

При этом учтено как поведение К., так и наличие у А. детей, на что она ссылается в жалобе.

С учетом частичного признания М. своей вины и доводов его жалобы, его ссылка на чистосердечность раскаяния в содеянном - несостоятельна.

Судом за умышленное лишение жизни другого человека М. назначено минимально возможное наказание, установленное санкцией закона, а А. - ниже низшего предела, предусмотренного санкцией уголовного закона. Назначенное им наказание является справедливым, соразмерным тому, что они сами совершили, и оснований к смягчению наказания не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора, из материалов дела не усматривается.

Выводы суда изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом и надлежащим образом обоснованы, мотивированы.

Судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения жалоб, а поэтому, руководствуясь ст. ст. 332, 339 УПК РСФСР,

 

определила:

 

приговор Амурского областного суда от 27 сентября 2001 года в отношении А. и М. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

Председательствующий

КОННОВ В.С.

 

Судьи

ФРОЛОВА Л.Г.

РУСАКОВ В.В.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"