||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 14 апреля 1998 года

 

Дело N 66-Г98-2

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                            Кнышева В.П.,

    судей                                       Александрова Д.П.,

                                                       Жилина Г.А.

 

рассмотрела в судебном заседании от 14 апреля 1998 г. дело по жалобе А. к Законодательному Собранию Иркутской области, губернатору Иркутской области, городской Думе г. Иркутска о признании незаконными ст. 29 ч. 1 Устава Иркутской области, ст. 3 ч. 2 Временного положения о муниципальной службе в г. Иркутске (приложение 2 к Уставу городского самоуправления в г. Иркутске) по кассационным жалобам представителей А. - Б. и Н. на решение Иркутского областного суда от 13 февраля 1998 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Кнышева В.П., объяснения А., поддержавшего доводы кассационных жалоб, заключение прокурора Корягиной Л.Л., полагавшей решение суда оставить без изменения, а кассационную жалобу А. - без удовлетворения, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

установила:

 

А. обратился в суд с заявлением о признании незаконными ст. 29 ч. 1 Устава Иркутской области, ст. 3 ч. II Временного положения о муниципальной службе в г. Иркутске (приложение N 2 к Уставу городского самоуправления в г. Иркутске).

В обоснование жалобы А. указал, что решением N 10 от 16 октября 1997 г. он был зарегистрирован в качестве кандидата в депутаты Законодательного Собрания Иркутской области по одномандатному избирательному округу N 4. По указанному избирательному округу был также зарегистрирован в качестве кандидата в депутаты Законодательного Собрания области вице-мэр г. Иркутска Я.

Одновременно с выборами в Законодательное Собрание Иркутской области по избирательному округу N 4 были назначены выборы на должность мэра в г. Иркутске и вице-мэр г. Иркутска Я. был зарегистрирован также и в качестве кандидата на выборную должность мэра г. Иркутска.

В ходе проведения выборов в Законодательное Собрание Иркутской области, полагает заявитель А., были нарушены и ограничены его права как гражданина и кандидата в депутаты нормами ст. 29 ч. 1 Устава Иркутской области и ст. 3 ч. 2 Временного положения о муниципальной службе в г. Иркутске. Статья 29 ч. 1 Устава Иркутской области устанавливает перечень тех лиц, которые не могут одновременно быть депутатами Законодательного Собрания области и занимать определенные должности или являться депутатами иных представительных органов власти и местного самоуправления. Однако в этом перечне не указаны должности мэра и вице-мэра, поэтому ст. 29 ч. 1 Устава Иркутской области противоречит ст. 12 Конституции Российской Федерации. Статья 3 ч. 2 Временного положения о муниципальной службе в г. Иркутске содержит указание о том, что мэр - глава местного самоуправления г. Иркутска не является муниципальным служащим. Указанная норма противоречит ст. 1 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации". Свой вывод о несоответствии обжалуемых правовых норм Закону обосновывает заключением Уставной палаты Иркутской области от 13 марта 1997 г.

По мнению заявителя А., правила, изложенные в ст. 29 ч. 1 Устава Иркутской области, в ст. 3 ч. 2 Временного положения о муниципальной службе в г. Иркутске, дали возможность исполняющему обязанности мэра г. Иркутска (вице-мэру) Я. принять участие в выборах и, используя свое служебное положение, повлиять на итоги выборов в мэры г. Иркутска и в депутаты Законодательного Собрания области: Я. был избран мэром г. Иркутска и депутатом Законодательного Собрания области по 4 избирательному округу. В связи с этим А. просил суд признать незаконными: ст. 29 ч. 1 Устава Иркутской области и обязать Законодательное Собрание области привести ее в соответствие со ст. 12 Конституции Российской Федерации; ст. 3 ч. 2 Временного положения о муниципальной службе в г. Иркутске и обязать городскую Думу привести ее в соответствие со ст. 1 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации".

Представители Законодательного Собрания Иркутской области, губернатора Иркутской области, городской Думы г. Иркутска возражали против удовлетворения жалобы, мотивируя тем, что оспариваемые А. нормативные акты соответствуют требованиям действующего законодательства и не нарушают прав и интересов А.

Иркутский областной суд, рассмотрев данное дело в качестве суда первой инстанции, решением от 13 февраля 1998 г. жалобу А. к Законодательному Собранию Иркутской области, губернатору Иркутской области, городской Думе г. Иркутска о признании незаконными ст. 29 ч. 1 Устава Иркутской области, ст. 3 ч. 2 Временного положения о муниципальной службе в г. Иркутске (приложение N 2 к Уставу городского самоуправления в г. Иркутске) оставил без удовлетворения.

В кассационных жалобах А. и его представителей Н. и Б. поставлен вопрос об отмене решения по тем основаниям, что суд неправильно определил юридически значимые обстоятельства, неправильно применил нормы материального и процессуального права и постановил незаконное решение.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены решения, постановленного в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона.

Рассматривая дело, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства и, отказывая А. в удовлетворении жалобы, правильно исходил из того, что оспариваемые им нормативные акты приняты Законодательным Собранием Иркутской области, городской Думой г. Иркутска в пределах полномочий, предоставленных им законом, не противоречат федеральному законодательству и не нарушают прав и интересов А.

Этот вывод в решении подробно мотивирован, соответствует требованиям закона и оснований для признания его неправильным не установлено.

Согласно ст. 29 ч. 1 Устава Иркутской области депутатами Законодательного Собрания области не могут быть губернатор и должностные лица администрации области, судьи, прокуроры, депутаты иных представительных органов власти и местного самоуправления. В указанный перечень не входят мэры - главы местного самоуправления. В соответствии со ст. 3 ч. 2 Временного положения о муниципальной службе в г. Иркутске (Временного положения) мэр - глава местного самоуправления г. Иркутска не является муниципальным служащим.

Проверяя доводы А. о том, что положение, содержащееся в ст. 3 ч. II названного Временного положения противоречит ст. 1 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" и что мэр является муниципальным служащим, суд дал анализ ст. ст. 1, 14, 15, 18, 21 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" и пришел к правильному выводу о том, что глава местного самоуправления по своему правовому статусу не является муниципальным служащим и, следовательно, ст. 13 ч. 2 Временного положения не противоречит данному Федеральному закону. На время рассмотрения дела в суде, 16 января 1998 г., вступил в действие Федеральный закон "Об основах муниципальной службы в Российской Федерации". В ст. 2 статус указанного должностного лица местного самоуправления настоящим Федеральным законом не устанавливается. Положение ст. 2 Федерального закона "Об основах муниципальной службы в Российской Федерации" подтверждает правильность вывода суда о том, что глава местного самоуправления не является муниципальным служащим. С учетом изложенного суд правильно не согласился с доводами А. и его доверенных лиц Н. и Б. о том, что к мэру - главе местного самоуправления г. Иркутска применимы правила ст. 60 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" и правила ст. 11 Федерального закона "Об основах государственной службы Российской Федерации". В силу ст. 18 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления" ограничения, связанные со статусом этого лица, устанавливаются Конституцией Российской Федерации, федеральным законом, законами субъектов Российской Федерации. На время проведения выборов в депутаты Законодательного Собрания Иркутской области и на время рассмотрения дела в суде таких ограничений не установлено.

В силу ст. 4 Федерального закона от 10 декабря 1994 г. "Об основных гарантиях избирательных прав граждан Российской Федерации", действовавшего на период проведения выборов депутата Законодательного Собрания по 4 избирательному округу, ограничения, связанные со статусом депутата, в том числе с невозможностью находиться на государственной службе, заниматься другой оплачиваемой деятельностью, устанавливаются Конституцией Российской Федерации, федеральными законами, законами и иными нормативными правовыми актами законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов Российской Федерации. Установлено, что на период проведения выборов депутата в Законодательное Собрание Иркутской области по 4 избирательному округу и на время рассмотрения дела в суде ни Конституцией Российской Федерации, ни федеральными законами подобные ограничения для депутата представительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации отсутствуют.

Таким образом, нынешнее состояние федерального законодательства таково, что с одной стороны оно не содержит запрета выборному должностному лицу местного самоуправления (в том числе и мэру - главе местного самоуправления) быть одновременно депутатом представительного органа власти субъекта Российской Федерации, с другой - не содержит запрета депутату представительного органа государственной власти Российской Федерации являться одновременно выборным должностным лицом местного самоуправления, в том числе и главой местного самоуправления.

Вопрос о том, может ли должностное лицо органа государственной власти субъекта Российской Федерации или муниципальный служащий быть депутатом представительного органа государственной власти или выборным лицом местного самоуправления, является вопросом о правовом статусе этих лиц, отнесенным в соответствии с п. "н" ст. 72 Конституции Российской Федерации к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. В силу ст. 72 Конституции Российской Федерации установление общих принципов организации системы органов государственной власти и местного самоуправления находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. При этом до настоящего времени не принят федеральный закон, определяющий общие принципы организации системы органов государственной власти. До принятия соответствующего федерального закона указанные вопросы могут быть урегулированы законодательством субъекта федерации и субъект федерации вправе принять собственный закон по предмету совместного ведения. В Иркутской области вопросы организации государственной власти урегулированы Уставом Иркутской области и ст. 29 ч. 1 помещена в гл. V "Законодательная власть области".

Суд проверил довод А. о том, что названная статья Устава Иркутской области противоречит ст. 12 Конституции Российской Федерации и обоснованно не согласился с ним, правильно указав в решении, что при отсутствии федеральных законов, устанавливающих принципы организации государственной власти в субъектах Федерации, и при отсутствии в федеральных законах запрета депутату представительного органа власти субъекта Российской Федерации являться одновременно выборным должностным лицом местного самоуправления ст. 29 ч. 1 Устава Иркутской области является законной и не противоречит Конституции Российской Федерации.

Заключение Уставной палаты Иркутской области от 13 марта 1997 г., на которое ссылался в обоснование своей жалобы А., судом проверено и не опровергает правильность выводов суда. Дав оценку данному заключению в совокупности с другими доказательствами, суд правильно указал в решении, что само по себе указанное заключение не является доказательством незаконности ст. 29 ч. 1 Устава Иркутской области. В силу ст. 1 Закона Иркутской области "Об Уставной палате" Уставная палата является самостоятельным экспертно-консультативным органом, а в силу ст. 24 указанного Закона заключения Уставной палаты носят рекомендательный характер. В самом заключении Уставной палаты от 13 марта 1997 г. указано, что ее вывод по поводу содержания ст. 29 ч. 1 Устава Иркутской области должен быть учтен при совершенствовании нормативно-правовой системы, а также систем государственной власти и местного самоуправления.

Соответствует собранным по делу доказательствам и требованиям закона и вывод суда о том, что заявитель А. и его представители не доказали факт нарушения прав и свобод А. ст. 29 ч. 1 Устава Иркутской области, ст. 3 ч. 2 Временного положения в период регистрации кандидатов в депутаты Законодательного Собрания Иркутской области по 4 избирательному округу, в период подготовки и в ходе проведения этих выборов. Как следует из содержания ст. 3 ч. 2 Временного положения, в ней устанавливается статус мэра - главы местного самоуправления г. Иркутска, а ст. 29 ч. 1 Устава области устанавливает ограничения, связанные со статусом депутата Законодательного Собрания Иркутской области. Обжалуемые нормы не регламентируют гарантии реализации гражданами Российской Федерации, в том числе и А., и Я., конституционного права избирать и быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления. Реализация права граждан Российской Федерации, закрепленного ст. 32 Конституции Российской Федерации, регламентировалась на период проведения выборов в депутаты Законодательного Собрания Иркутской области по 4 избирательному округу Федеральным законом от 10 декабря 1994 г. "Об основных гарантиях избирательных прав граждан Российской Федерации". При этом в силу ст. 4 указанного Федерального закона гражданин Российской Федерации может избирать и быть избранным независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям. Поэтому доводы А. и его представителей о том, что Я. не мог участвовать в выборах депутатов Законодательного Собрания в качестве кандидата из-за своего должностного положения, не основаны на Законе и не могут поэтому служить доказательством нарушения прав А. ст. 29 ч. 1 Устава области и ст. 3 ч. 2 Временного положения.

Ссылка в жалобе на то, что суд неправильно применил нормы материального и процессуального права, несостоятельна. Нарушения или неправильного применения норм материального и процессуального права, которое привело или могло привести к неправильному разрешению дела, в том числе и тех, на которые имеется ссылка в кассационной жалобе, судом не допущено.

Дав анализ действующему законодательству, суд правильно применил нормы материального и процессуального права и оснований к отмене правильного решения не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь п. 1 ст. 305 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

решение Иркутского областного суда от 13 февраля 1998 г. оставить без изменения, а кассационные жалобы А. и его представителей Б. и Н. - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"