||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

НАДЗОРНОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 20 марта 2002 г. N 26-Д02-3пр

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

в составе председательствующего Галиуллина З.Ф.,

судей Ахметова Р.Ф., Родионовой М.А.

20 марта 2002 года в судебном заседании рассмотрела дело по протесту заместителя Генерального прокурора Российской Федерации В.В. Колмогорова.

Сунженским районным судом Республики Ингушетия 3 сентября 2001 года

Е., 1963 года рождения, ранее не судимый, -

осужден по ст. 111 УК РСФСР к 1 году лишения свободы, по ст. 327 ч. 3 УК РФ - к 2 годам исправительных работ с удержанием в доход государства 20% заработка.

На основании ст. 69 ч. 2 и 71 ч. 1 п. "в" УК РФ по совокупности преступлений ему окончательно назначено 1 год 8 месяцев лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 16 октября 2001 г. приговор оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи Ахметова Р.Ф., выступление прокурора Крайниковой М.И., поддержавшей доводы протеста, судебная коллегия

 

установила:

 

Е. было предъявлено обвинение в том, что он 20 июля 1991 года, примерно в 18 часов, в складском помещении центрального тока колхоза им. Орджоникидзе, расположенного в с. Галашки Сунженского района Чечено-Ингушской Республики, в ходе обоюдной драки, возникшей между ним и его братом Е.М. с одной стороны, О.Д. и его сыном О.А. с другой стороны, нанес ножевые ранения О.Д. и О.А., причинив соответственно менее тяжкие и тяжкие телесные повреждения, повлекшие за собой смерть последнего.

Суд, допросив подсудимого, потерпевшего, свидетелей, исследовав материалы дела, пришел к выводу о причинении Е. потерпевшим менее тяжких и тяжких телесных повреждений, повлекших смерть потерпевшего О.А., при превышении пределов необходимой обороны при следующих обстоятельствах. Е., увидев, что О. с применением монтировки и черенка избивают его брата Е.М., вмешался в конфликт, но О. начали избивать его самого. Находясь в состоянии необходимой обороны и превысив ее пределы, Е. имеющимся при нем ножом нанес О. удары, повлекшие вышеуказанные последствия.

Кроме того, Е. осужден за использование заведомо подложного документа - паспорта.

В протесте, принесенном в порядке надзора, ставится вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных решений в части осуждения Е. по ст. 111 УК РСФСР и направлении дела на новое судебное рассмотрение по мотиву несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела и неправильного применения норм материального права.

В возражениях на протест адвокат Берсанов А.Х. просит данный протест оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы протеста, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оснований для отмены или изменения судебных решений в отношении Е. не имеется.

Как правильно указано в протесте, "20 июля 1991 г., около 18 часов, Е.М. вместе со своим братом Е. пришли на центральный склад колхоза, где работал О.А., чтобы попросить у него прощения. Увидев Е.М. и решив, что он снова будет драться, О.А. вышел из кабины трактора с монтировкой и между ними вновь произошла драка. В это время в помещение склада зашел отец О.А. - О.Д. и ударил Е.М. черенком от лопаты по голове. Е. пытался заступиться за брата, но отец и сын О. ударили его несколько раз монтировкой и черенком от лопаты. Е., обороняясь, нанес им имевшимся у него перочинным ножом ранения, причинив тем самым О.Д. менее тяжкие телесные повреждения, а О.А. - тяжкие, повлекшие его смерть".

Это усматривается из подробно изложенных в приговоре показаний Е., свидетелей Е.М.., Е.А., Е.Ю., О.М., протокола осмотра места происшествия об обнаружении и изъятии монтировки, протокола добровольной выдачи Е. перочинного ножа - орудия преступления, выводов физико-технической, судебно-биологической и судебно-медицинских экспертиз, согласно которым Е. при указанных обстоятельствах были причинены телесные повреждения в виде кровоподтеков левого плечевого сустава, левого и правого предплечья, правой лопатки, а Е.М. - в виде ссадин правого плечевого сустава, левой и правой половины грудной клетки.

Суд, всесторонне, полно и объективно исследовав все обстоятельства дела, оценив доказательства в их совокупности, в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными в судебном заседании, действиям Е. дал правильную правовую оценку.

Как правильно указано в приговоре, наличие телесных повреждений у Е. и его брата Е.М. и обстоятельства дела, в частности, наличие на месте происшествия монтировки, показания свидетеля О.М. о нанесении О.Д. удара рейкой по телу Е.М. подтверждают факт нападения О. на Е. до причинения им ножевых ранений Е., так как после причинения ножевых ранений они не могли бы причинить вред здоровью Е.

Что касается довода протеста, согласно которому "суду надлежало более тщательно исследовать имеющиеся в деле доказательства, в том числе обстоятельства, при которых могли быть причинены указанные телесные повреждения Е., не исключая их получение Е.М. во время конфликта, инициатором которого он был около автомашины и фактически продолженным в помещении склада, куда пришел Е.М. со своим братом - осужденным Е., вооруженным ножом", то с ним согласиться невозможно. Как видно из материалов дела, это усматривается и из упомянутых в протесте показаний свидетелей А., О.М., а также О.А. при том конфликте Е.М. и О.А. лишь "сцепились" и порвали друг другу одежду.

Ссылка в протесте на показания свидетеля А. о том, что в ходе конфликта Е. вытащил нож, но он (А.) нож отобрал и выбросил, ошибочна, поскольку данный свидетель таких показаний не давал. Как видно из показаний очевидцев происшествия, а также О.А., при упомянутом конфликте Е. не было.

Что касается ссылки в протесте на наличие противоречий в показаниях Е.М., то причина этих противоречий судом выяснена. По показаниям Е.М. в ходе предварительного следствия он из чувства родства хотел вину брата взять на себя.

Ссылка в протесте на то, что Е. около 10 лет находился в розыске, также не может повлиять на квалификацию его действий. По показаниям Е., в том числе Е., они, боясь кровной мести, вынуждены были переехать в другой район.

Доводы протеста о последовательности показаний потерпевшего О.Д. на предварительном следствии и в суде не соответствуют материалам дела, поскольку данное лицо, как это видно и из обвинительного заключения, лишь в ходе очной ставки, проведенной между ним и свидетелем О.М., вынужден был признать то, что "он действительно ударил рейкой и повалил Е.М.".

Невозможно согласиться и с доводом протеста о том, что "показания отца погибшего - потерпевшего О.Д. подтвержденные приведенными доказательствами, свидетельствуют о наличии ссоры, переросшей в обоюдную драку между указанными лицами". Как видно из показаний указанного потерпевшего, на месте данного происшествия ссоры не было, Е.М., махнув рукой, позвал его сына, работающего в это время на тракторе. Когда тот вышел из трактора, началась "драка".

Что касается приговора, то он отвечает требованиям ст. 314 УПК РСФСР.

Как видно из материалов дела, ни органами предварительного следствия, ни судом нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, не допущено.

Таким образом, оснований для удовлетворения данного протеста не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 378 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

определила:

 

протест заместителя Генерального прокурора Российской Федерации по делу в отношении Е. оставить без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"