||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 19 марта 2002 года

 

Дело N 66-Г02-6

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                            Кнышева В.П.,

    судей                                          Потапенко С.В.,

                                                    Харланова А.В.

 

рассмотрела в судебном заседании от 19 марта 2002 г. гражданское дело по заявлению прокурора Иркутской области о признании противоречащими федеральному закону отдельных положений Закона Иркутской области "О договорах и соглашениях, заключаемых от имени Иркутской области" по кассационной жалобе губернатора Иркутской области на решение Иркутского областного суда от 18 января 2002 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Потапенко С.В., выслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Гермашевой М.М., полагавшей решение суда оставить без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

прокурор Иркутской области обратился в суд с заявлением о признании не соответствующими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению отдельных положений Закона Иркутской области "О договорах и соглашениях, заключаемых от имени Иркутской области", ссылаясь на то, что в этом Законе области нормы о договорах области об осуществлении международных и внешнеэкономических связей противоречат ст. ст. 1, 2, 3, 8 Федерального закона от 4 января 1999 года N 4-ФЗ "О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации".

Представители губернатора и Законодательного Собрания Иркутской области требования прокурора не признали.

Решением Иркутского областного суда от 18 января 2002 г. требования прокурора Иркутской области удовлетворены, признаны противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению со дня вступления решения в законную силу следующие положения Закона Иркутской области "О договорах и соглашениях, заключаемых от имени Иркутской области": 1. Пункт 1 ст. 1, ч. ч. 1 и 2 п. п. 1 ст. 2, п. 1 и 3 ст. 3, ст. 4, п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 12, пп. 1 п. 2 ст. 13, ст. 15 о договорах области об осуществлении международных и внешнеэкономических связей 2. Пункт 3 ст. 3 в части, предусматривающей заключение соглашений об осуществлении международных и внешнеэкономических связей с другими субъектами, помимо предусмотренных п. 1 данной статьи; 3. Пункт 4 ст. 6 в части передачи межрегиональным объединениям осуществления полномочий области; 4. Ст. 8 в части обязательств федеральных органов исполнительной власти по соглашениям области.

В кассационной жалобе представитель губернатора Иркутской области, указывая, что судом неправильно истолкован и применен материальный закон, просит отменить решение в части, касающейся п. 1 ст. 1, ч. ч. 1 и 2 п. 1 ст. 2, п. п. 1 и 3 ст. 3, ст. 4, п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 12, пп. 1 п. 2 ст. 13, ст. 15, ст. 8 Закона Иркутской области "О договорах и соглашениях, заключаемых от имени Иркутской области", и в удовлетворении требований заявителя в этой части отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для ее удовлетворения, поскольку решение суда вынесено в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями закона.

Согласно ст. 76 Конституции Российской Федерации законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации не могут противоречить федеральным законам.

Как указано в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 5 от 27 апреля 1993 г. с изменениями и дополнениями "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел по заявлениям прокуроров о признании правовых актов противоречащими закону", правовой акт может быть признан судом противоречащим закону, если он издан органом либо должностным лицом с превышением предоставленной им законом компетенции или в пределах компетенции, но с нарушением действующего законодательства.

В соответствии с пунктом "к" ст. 71 Конституции РФ в ведении Российской Федерации находятся внешняя политика и международные отношения Российской Федерации, международные договоры Российской Федерации.

Согласно пункту "о" ст. 72 Конституции РФ в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации находится координация международных и внешнеэкономических связей субъектов РФ.

Суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что из вышеприведенных конституционных норм усматривается, что внешняя политика России и ее участие в международных отношениях - дело всей Федерации, поэтому к ее ведению относятся заключение и обеспечение исполнения международных договоров РФ. Субъекты РФ поддерживают международные связи, в связи с чем Федерация осуществляет координацию таких связей, поскольку это необходимо, чтобы деятельность субъектов Федерации на международной арене не вредила общефедеральным интересам и интересам других субъектов Федерации и чтобы наилучшим образом обеспечивалось выполнение международных договоров России.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 4 января 1999 года N 4-ФЗ "О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации" органы государственной власти субъектов РФ в пределах предоставленных им полномочий имеют право на ведение переговоров с иностранными партнерами, указанными в п. 1.1 данной статьи, а также на заключение с ними соглашений об осуществлении международных и внешнеэкономических связей.

Статья 3 названного Закона предусматривает обязанность органов государственной власти субъекта РФ заблаговременно уведомлять соответствующие федеральные органы исполнительной власти о вступлении в переговоры о заключении соглашения об осуществлении международных и внешнеэкономических связей с учетом необходимости согласования проектов соглашений.

Таким образом, данный Федеральный закон не предусматривает возможности для субъектов РФ заключать с иностранными партнерами договоры об осуществлении международных и внешнеэкономических связей. Поэтому суд первой инстанции обоснованно удовлетворил требования прокурора в части признания противоречащими Федеральному закону "О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации" положений Закона Иркутской области "О договорах и соглашениях, заключаемых от имени Иркутской области", содержащихся в п. 1 ст. 1, ч. ч. 1 и 2 п. 1 ст. 2, п. п. 1 и 3 ст. 3, ст. 4, п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 12, пп. 1 п. 2 ст. 13, ст. 15 и предусматривающих возможность заключения Иркутской областью договоров об осуществлении международных и внешнеэкономических связей.

Судом обоснованно удовлетворены требования прокурора, оспаривающего п. 3 ст. 3 Закона области, предусматривающий возможность заключения соглашений об осуществлении международных и внешнеэкономических связей с иными, не предусмотренными пунктом 1 данной статьи субъектами. Из содержания п. 1 ст. 1 Федерального закона N 4-ФЗ от 4 января 1999 года "О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации" следует, что субъекты РФ в пределах полномочий, предоставленных им Конституцией РФ, федеральным законодательством и договорами между органами государственной власти РФ и органами государственной власти субъектов РФ о разграничении предметов ведения и полномочий, обладают правом на осуществление международных и внешнеэкономических связей с субъектами иностранных федеративных государств, административно-территориальными образованиями иностранных государств, а также на участие в деятельности международных организаций в рамках органов, созданных специально для этой цели. Субъекты РФ с согласия Правительства РФ могут осуществлять такие связи и с органами государственной власти иностранных государств.

В п. 1 ст. 3 Закона области все указанные субъекты перечислены, однако в п. 3 ст. 3 оспариваемого Закона дополнительно предусмотрена возможность заключения соглашений области с другими партнерами, помимо перечисленных в п. п. 1 и 2 данной статьи, если это допускается, в том числе и законодательством области, что прямо противоречит Федеральному закону "О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации".

В связи с этим, п. 3 ст. 3 Закона области, предусматривающий возможность заключения соглашений об осуществлении международных и внешнеэкономических связей с иными, не предусмотренными пунктом 1 данной статьи субъектами, суд правильно признал противоречащим Федеральному закону "О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации".

Судом правомерно удовлетворены требования прокурора о том, что п. 4 ст. 6 Закона области в части передачи межрегиональным объединениям осуществления полномочий области противоречит Федеральному закону N 184-ФЗ от 6 октября 1999 года (в редакции Федерального закона N 106-ФЗ от 29 июля 2000 года) "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации".

В соответствии с п. п. 2 и 3 ст. 78 Конституции РФ и п. 6 ст. 1, п. 2 ст. 21 Федерального закона N 184-ФЗ от 6 октября 1999 года (в редакции Федерального закона N 106-ФЗ от 29 июля 2000 года) "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" только федеральные органы исполнительной власти по соглашению с органами исполнительной власти субъектов РФ могут передавать им осуществление части своих полномочий, равно как и органы исполнительной власти субъектов РФ только по соглашению с федеральными органами исполнительной власти могут передавать им осуществление части своих полномочий.

Оспариваемая прокурором норма п. 4 ст. 6 Закона Иркутской области "О договорах и соглашениях, заключаемых от имени Иркутской области" в части передачи межрегиональным объединениям осуществления полномочий области прямо противоречит установленному ст. 1 вышеназванного Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" принципу самостоятельного осуществления органами государственной власти субъектов РФ принадлежащих им полномочий.

Суд обоснованно не согласился с доводами представителей Законодательного Собрания Иркутской области и губернатора Иркутской области о том, что из буквального толкования нормы п. 2 ст. 8 Закона области не следует, что на федеральные органы исполнительной власти возлагается исполнение обязательств по договорам области. Из содержания п. 2 ст. 8 Закона области следует, что соглашения области порождают обязательства федеральных органов исполнительной власти, к числу которых относится Правительство Российской Федерации, в случае, когда соглашение заключено с органами государственной власти иностранных государств с согласия Правительства РФ либо по конкретным соглашениям субъекта Российской Федерации имеются официальные гарантии Правительства Российской Федерации.

П. 2 ст. 8 Закона Иркутской области "О договорах и соглашениях, заключаемых от имени Иркутской области" в части обязательств федеральных органов исполнительной власти по соглашениям области противоречит ст. 8 Федерального закона "О координации международных и внешнеэкономических связей", предусматривающей, что федеральные органы исполнительной власти не несут ответственности по соглашениям об осуществлении международных и внешнеэкономических связей, заключенным органами государственной власти субъектов Российской Федерации, за исключением случаев, когда указанные соглашения заключены с органами государственной власти иностранных государств с согласия Правительства Российской Федерации либо по конкретному соглашению субъекта Российской Федерации имеются официальные гарантии Правительства Российской Федерации.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, были проверены судом при разбирательстве дела и обоснованно по мотивам, изложенным в решении, отвергнуты как не основанные на законе и не подтвержденные материалами дела. Суд правильно применил нормы материального и процессуального права, и оснований к отмене решения не установлено.

Руководствуясь п. 1 ст. 305 ГПК РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

решение Иркутского областного суда от 18 января 2002 г. оставить без изменения, а кассационную жалобу губернатора Иркутской области - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"