||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 14 марта 2002 г. N 81-о01-168

 

Председательствующий: Капырин А.В.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в составе:

председательствующего: Вячеславова В.К.

судей: Дубровина Е.В., Линской Т.Г.

рассмотрела в судебном заседании от 14 марта 2002 года дело по кассационным жалобам осужденных К., Г., П., Ш., адвоката Рюмина В.И., - в защиту интересов осужденного Ш., на приговор Кемеровского областного суда от 14 июня 2001 года, которым

К., <...>, русский, со средним образованием, разведен, работавший водителем АООТ "Ельцовская Сельхозтехника" Алтайского края, проживавшего <...>, не судим;

осужден:

- по ст. ст. 17 ч. 5, 102 п. "а" УК РСФСР к 10 (десяти) годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Г., <...>, русский, со средним образованием, холостой, работавший электромонтером Новокузнецкой телефонной сети, проживавший по адресу <...>, ранее не судим;

осужден:

- по ст. 102 п. п. "а", "н" УК РСФСР к 8 (восьми) годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

П., <...>, русский, с неполным средним образованием, холостой, не работавший, ранее судим:

1. 17 ноября 1994 года по ст. 144 ч. 2 УК РСФСР к 2 годам лишения свободы, с применением ст. 46-1 УК РСФСР, с отсрочкой исполнения приговора сроком на 2 года;

2. 27 марта 1995 года по ст. ст. 144 ч. 2; 145 ч. 2; 40, 41 УК РСФСР к 3 годам 6 месяцам лишения свободы осужден:

- по ст. 102 п. п. "а", "н" УК РСФСР к 8 (восьми) годам лишения свободы.

На основании ст. 40 ч. ч. 3, 1 УК РСФСР наказанием, назначенным П. по настоящему приговору поглощено наказание, назначенное ему по приговору суда города Осинники, Кемеровской области от 27 марта 1995 года и окончательно П. назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 8 (восемь) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Ш., <...>, русский, с неполным средним образованием, холостой, работавший грузчиком сельскохозяйственного предприятия города Осинники, Кемеровской области, проживавший по адресу <...>, ранее не судим; осужден:

- по ст. ст. 17 ч. 6, 102 п. п. "а", "н" УК РСФСР, с применением ст. 43 УК РСФСР к 4 (четырем) годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Изучив материалы дела, судебная коллегия

 

установила:

 

К., Г., П., Ш. осуждены за то, что К., являясь подстрекателем, склонил Г. к умышленному убийству Д., из корыстных побуждений.

После этого, действуя в соучастии: Г. и П., как исполнители, Ш., как пособник они по предварительному сговору группой лиц из корыстных побуждений, совершили умышленное убийство потерпевшего Д.

Преступления ими были совершены при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Подсудимые в судебном заседании К. виновным себя признал частично, Г., П., Ш. виновными себя признали полностью.

В кассационных жалобах:

- осужденный К. указывает, что с приговором суда в отношении него не согласен, так как убийство Д. действительно было совершено, но не из корыстных побуждений, в этом убийстве он подстрекателем не был.

Приказ об убийстве Д. был передан К.В., при этом со стороны его, К., никакой личной инициативы не было, а затем этот же приказ о ликвидации Д. передан им, К., Г., он лишь являлся передаточным звеном между К.В. и Г.

Кроме того непосредственного участия, как в организации убийства, так и в самом убийстве он, К., не принимал, сам же К.В. был убит в 1994 году.

Наказание ему, К., назначено чрезмерно суровое, без учета фактических обстоятельств дела, его состояния здоровья, а поэтому просит разобраться с делом, приговор суда в отношении него изменить, смягчить наказание.

- Осужденный Г. с приговором суда в отношении него не согласен, так как при убийстве Д. они никаких корыстных побуждений не преследовали, боясь за свою жизнь, вынужденно выполнили приказ К.В. об устранении Д., впоследствии им стало известно, что К.В. был убит в 1994 году.

Во время предварительного следствия был нарушен уголовно-процессуальный закон, так как органами дознания и следствия не были приняты все, предусмотренные законом меры для объективного исследования обстоятельств дела.

С выводами стационарной судебно-психиатрической экспертизы, признавшей его, Г., психически здоровым он не согласен, потому что заключение этой экспертизы является необъективным.

Кроме того наказание ему, Г., назначено чрезмерно суровое, без учета фактических обстоятельств дела, его состояния здоровья, обстоятельств, смягчающих наказание, а поэтому просит внимательно разобраться с делом, приговор суда в отношении него изменить, смягчить наказание.

- Осужденный П. с приговором суда в отношении него не согласен, так как в ходе судебного разбирательства не были приняты все, предусмотренные законом меры для объективного исследования обстоятельств дела, в связи с чем был существенно нарушен уголовно-процессуальный закон.

Приговор суда постановлен на предположениях, противоречивых доказательствах, ему, П., необоснованно вменен п. "а" ст. 102 УК РСФСР - совершение убийства из корыстных побуждений, хотя при совершении этого преступления их не было.

К.В. умышленно ввел их в денежную зависимость для претворения своего плана их руками, отдав приказ об убийстве Д., в случае невыполнения этого приказа их бы тоже убили, поэтому на убийство Д. он пошел не ради денег, а для того, чтобы спасти свою жизнь.

Учитывая вышеизложенное осужденный П. просит приговор суда в отношении него отменить, дело направить на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, но в ином составе судей.

- Осужденный Ш. указывает, что с приговором суда в отношении него не согласен, так как в первоначальной стадии предварительного следствия были нарушены требования УПК РСФСР, а именно ему, Ш., не был своевременно предоставлен адвокат, чем нарушено его право на защиту.

Никакой договоренности у него, Ш., с Г. и П. по поводу убийства Д. не было, Г. говорил ему, что если он не убьет Д., то его самого могут убить, участия в убийстве потерпевшего не принимал.

Он, Ш., неправильно осужден по ст. ст. 17 ч. 6, 102 п. п. "а", "н" УК РСФСР, поэтому просит внимательно разобраться с делом вынести объективное решение по составу преступления.

- Адвокат Рюмин В.И. приговор суда в отношении Ш. считает необоснованным, подлежащим изменению, так как его действия квалифицированы неправильно и соответственно мера наказания избрана чрезмерно суровой.

На предварительном следствии и в суде Ш. признавал себя виновным показывая, что со слов П. и Г. ему было известно о их намерении убить Д., они просили его помочь им заманить потерпевшего на дачу его родителей.

Однако эти показания являются единственным доказательством соучастия Ш. в совершении убийства Д., другими доказательствами по делу не подтверждены, а в судебном заседании Г. и П. пояснили, что с Ш. об убийстве Д., они не договаривались.

Суд неправильно пришел к выводу, что Ш., выключая электрический свет на даче, в тот момент, когда происходило убийство Д., способствовал совершению этого убийства, он его выключил по той причине, чтобы не видеть предсмертные муки потерпевшего, поэтому его действия должны быть квалифицированы по ст. 189 ч. 1 УК РСФСР.

Помимо этого суд необоснованно посчитал об отсутствии у Ш. явки с повинной, так как он ее написал после его задержания, потому что отсутствие явки с повинной Ш. не дало бы возможности следствию раскрыть данное преступление.

Явка с повинной Ш., активное сотрудничество с органами предварительного следствия по раскрытию преступления, его несовершеннолетний возраст на момент совершения преступления, положительные характеристики, первая судимость давали основания суду возможность применения Ш. ст. 44 УК РСФСР, т.е. условного осуждения, однако судом необоснованно этого сделано не было.

На основании изложенного адвокат Рюмин В.И. просит приговор суда в отношении Ш. изменить, переквалифицировать его действия со ст. ст. 17 ч. 6, 102 п. п. "а", "н" УК РСФСР на ст. 189 ч. 1 УК РСФСР, смягчить наказание.

Заслушав доклад судьи Дубровина Е.В., проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб осужденных К., Г., П., Ш., адвоката Рюмина В.И., - в защиту интересов осужденного Ш., выслушав заключение прокурора Хорлиной И.О. полагавшей приговор суда в отношении К., Г., П., Ш. оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Судебная коллегия считает, что приговор суда, в отношении К., Г., П., Ш., постановлен законно и обоснованно, доказательства, положенные в основу приговора, были полно исследованы в судебном заседании, приведены в приговоре, судом им дана надлежащая оценка.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах осужденных К., Г., П., Ш., адвоката Рюмина В.И., - в защиту интересов осужденного Ш. несостоятельны, поскольку не нашли своего подтверждения в судебном заседании, они опровергаются совокупностью доказательств, тщательно исследованных судом и приведенных в приговоре.

Допрошенный в ходе предварительного следствия Г. показал, что где-то в начале июня 1994 года К., ссылаясь на К.В., предложил ему убить Д. за какие-то долги фирмы, с этим предложением он, Г., сначала не согласился.

Тогда К. напомнил ему, Г., о долге перед фирмой, когда у него в городе Новосибирске отобрали взятые под отчет 3 миллиона рублей и этот долг по их счетчику уже увеличился до 7 миллионов рублей, при этом тут же К. пообещал простить ему "Новосибирский долг".

При этом К. сказал, что если он, Г., убьет Д., то в подтверждение убийства он должен принести ему ухо и две золотые цепочки убитого Д., на такое предложение К. им, Г., было дано согласие.

После этого он, Г., обо всем этом рассказал своему двоюродному брату П. и бывшему однокласснику Ш., попросив их помочь ему убить Д. на это предложение ими было дано полное согласие.

Тут же они все трое, Г., П., Ш., договорились, что под видом ночной рыбалки они заманят Д. на дачу Ш., задушат его.

9 июня 1994 года они выманили Д. из квартиры Ш., привели на дачу последнего, действуя там согласованно, Г. сзади напал на Д., набросил ему на шею петлю из электрического шнура и они вдвоем с П. задушили Д.

В процессе убийства Ш., согласно отведенной ему роли, выключал электрический свет, чем способствовал совершению убийства, он, Г., сразу же снял с убитого две золотые цепочки, с целью подтвердить ими К. убийство Д.

Затем все трое завернули труп в простыню и отправились искать подходящее для его сокрытия место на берегу озера, пока они, Г. и П., ходили в дом за трупом, Ш. выкопал яму, в которую уложили труп, забросав его грунтом.

Перед захоронением он, Г., отрезал ухо у убитого Д., а на следующий день ухо и две золотые цепочки передал К., как договаривались, в подтверждение исполнения им заказа на убийство Д.

Аналогичные показания по фактическим обстоятельствам убийства Д. на предварительном следствии дали П., Ш.

Суд правильно отметил в приговоре, что Г., П., Ш. в первоначальной стадии предварительного следствия не только признавали свою вину в совершенном, но и давали подробные показания, на основании которых были установлены фактические обстоятельства дела, изложенные в приговоре.

Они являются достоверными, поскольку подтверждаются другими доказательствами и содержат такую информацию, которая, в тот период времени, не была известна ни работникам милиции, ни следователям.

Предварительное следствие и судебное заседание были проведены в соответствии с требованиями УПК РСФСР, ст. 51 Конституции Российской Федерации им, Г., П., Ш. разъяснялась, право на защиту их нарушено не было, допрашивались они в присутствии адвокатов, никто, никакого воздействия на них не оказывал.

В подтверждение вины К. Г. П. Ш. по совершенному преступлению, суд обоснованно сослался: на показания свидетелей К.А., Л., Ш.Г., З., Г.П.

Кроме того суд в приговоре также правильно сослался на протоколы: осмотра места происшествия, следственных экспериментов, выемки, изъятий, осмотров и опознаний вещественных доказательств, заключения судебно-медицинской, криминалистической экспертиз и другие доказательства по делу, дав им надлежащую оценку, приведя в приговоре анализ всем доказательствам.

Оценив собранные по делу доказательства, правильно установив фактические обстоятельства дела, суд обоснованно пришел к выводу, что К., являясь подстрекателем, склонил Г. к умышленному убийству Д., из корыстных побуждений.

После этого, действуя в соучастии: Г. и П., как исполнители, Ш., как пособник по предварительному сговору группой лиц из корыстных побуждений, совершили умышленное убийство потерпевшего Д.

Об умысле Г. и П., направленном на убийство потерпевшего Д. свидетельствуют их фактические действия.

Так Г., набросив на шею Д. петлю из электрического шнура, которую они вдвоем с П. стали затягивать сознавали, что в результате их действий наступит смерть потерпевшего, желали и сознательно допускали ее наступления.

Суд правильно указал в приговоре, что убийство потерпевшего Д. всеми подсудимыми совершено из корыстных побуждений, а Г., П., Ш. оно было совершено и по предварительному сговору группой лиц.

Склоняя Г. на убийство Д., К. применил множество методов и средств для этого, путем уговоров и просьб с обещанием денежного вознаграждения за совершение убийства.

Ш. явился пособником исполненного Г. и П. убийства Д., узнав от них о заказанном К. убийстве потерпевшего, он не только не предотвратил, как охранник Д., убийство, а напротив, дал согласие на само убийство и участие в нем.

При этом Ш. принимал активное участие в подготовке к убийству, так именно он придумал повод вывести Д. из квартиры жилого дома, присутствуя при убийстве, согласно распределения ролей, содействовал преступлению включением и выключением электрического света в нужные моменты, чем облегчил совершение ими преступления.

Затем Ш. принял активное участие в сокрытии трупа убитого Д., поэтому его действия правильно квалифицированы судом по ст. ст. 17 ч. 6, 102 п. п. "а", "н" УК РСФСР и не подлежат переквалификации на ст. 189 ч. 1 УК РСФСР.

Психическое состояние К., Г., П., Ш. проверялось судом, который правильно признал их вменяемыми в отношении инкриминируемых им деяний, так как они психическим расстройством не страдали и не страдают.

В момент совершения правонарушения они К., Г., П., Ш. каких-либо признаков временного болезненного расстройства душевной деятельности не обнаруживали, могли отдавать отчет своим действиям и руководить ими.

Все по делу экспертизы, в том числе и судебно-психиатрические в отношении К., Г., П., Ш. проведены высококвалифицированными врачами-экспертами, составлены в соответствии с требованиями закона и у судебной коллегии сомнений не вызывают.

Суд правильно письменные сообщения Г. и Ш. о совершенном преступлении не принял, как "явку с повинной", потому что работникам милиции уже было известно о лицах совершивших убийство Д., в том числе о Г. и Ш.

Обоснованно, придя к выводу о доказанности вины осужденных в совершении преступлений предусмотренных К. ст. ст. 17 ч. 5, 102 п. "а" УК РСФСР, Г., П. ст. 102 п. п. "а", "н" УК РСФСР суд назначил им наказание, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, фактических обстоятельств дела, их возраста, состояния здоровья, данных, характеризующих личность, обстоятельств, как отягчающих, так и смягчающих наказание.

Исходя, из вышеизложенного судебная коллегия не усматривает оснований к отмене, изменению приговора в отношении К., Г., П., Ш., как в части переквалификации действий, так и в части смягчения назначенного им наказания.

Руководствуясь ст. ст. 332, 339 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Кемеровского областного суда от 14 июня 2001 года в отношении К., Г., П., Ш. оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"