||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 14 марта 2002 г. N 41-кпО01-161

 

14 марта 2002 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Шурыгина А.П.,

судей Климова А.Н. и Шишлянникова В.Ф.

рассмотрела в судебном заседании дело по кассационному протесту государственного обвинителя, кассационным жалобам осужденного К., адвокатов Короченского А.И., Климовой Н.В. на приговор Ростовского областного суда от 13 сентября 2001 года, которым

К., <...>, ранее не судимый,

осужден к лишению свободы по п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ на 7 лет с конфискацией имущества, ч. 3 ст. 30 и по п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 8 лет, по ч. 1 ст. 105 УК РФ на 8 лет 6 месяцев, на основании ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений - на 9 лет с конфискацией имущества и отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать с осужденного судебные издержки в размере 2 148 руб. 62 коп.

Заслушав доклад судьи Климова А.Н., объяснения адвоката Климовой Н.В., полагавшей приговор отменить и дело производством прекратить, заключение прокурора Сафонова Г.П., поддержавшего протест и полагавшего приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение, судебная коллегия

 

установила:

 

К. признан виновным в том, что он в составе организованной группы совершил вымогательство у П. денег в сумме 60 000 руб.

Кроме того, он же признан виновным в убийстве во время драки гр-на Ф., 1971 года рождения, и в покушении на убийство граждан П., П.В., Г., П.А., Б.

Данные преступления совершены им соответственно 27 и 31 мая 1999 года в гор. Шахты Ростовской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В суде К. вину свою в предъявленном ему обвинении не признал.

В кассационном протесте поставлен вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение. Указывается, что суд неверно установил фактические обстоятельства дела, и что К. назначено чрезмерно мягкое наказание.

В кассационных жалобах:

осужденный К. не согласен с приговором и указывает, что дело рассмотрено односторонне и с обвинительным уклоном; оспаривает свою причастность к вымогательству у П. денег; на месте преступления с ружьем он оказался случайно, поскольку в тот день собирался трудоустроиться сторожем; он не мог ранить П.А., поскольку произвел два выстрела вверх; считает, что оборонялся; протокол судебного заседания составлен необъективно; свои показания на предварительном следствии дал, не читая их; просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение или на дополнительное расследование;

адвокат Короченский в интересах осужденного К. указывает на односторонность и необъективность судебного разбирательства; в деле нет достоверных доказательств, что именно К. убил Ф. и ранил П.А.; просит приговор отменить и дело производством в отношении подзащитного прекратить;

адвокат Климова в интересах осужденного К. ссылается на показания свидетелей Д., Щ., П.Б., которые не показывали на осужденного, что именно он причастен к вымогательству денег у П., убийству Ф. и покушении на убийство других лиц; полагает, что выводы суда основаны на предположении; не дана должная оценка показаниям свидетеля З. о трудоустройстве К. охранником; полагает, что К. действовал в состоянии необходимой обороны, поскольку защищал себя, В., К.А. и М.; просит приговор отменить и дело производством прекратить.

Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы жалоб, судебная коллегия приходит к выводу, что приговор постановлен правильно.

С доводами К. о несовершении им инкриминированных деяний согласиться нельзя.

Так, из показаний К., данных им в ходе расследования в качестве подозреваемого, усматривается, что он поддерживал дружеские отношения с В., К.А. и М. Примерно в середине мая 1999 года В. сообщил им, что в городе есть парень по имени П., торгующий наркотиками, предложив получить с него деньги. Они согласились. Установили его личность и 27 мая вывезли П. на став, где после применения силы П. согласился продать свой автомобиль и отдать им деньги в размере 60 000 руб. Через несколько дней Родион пригласил их на "встречу" в районе шахты "Мирная". Они отказались, решив, что П. обратился в милицию. Вечером в городе они встретили машину П. У ворот фабрики он (К.) вышел из автомобиля, взял с собой ружье, которое возил для самообороны, и спрятался за деревом, полагая, что П. приехал с работниками милиции. Услышал выстрелы и увидел, что его ребят избивают. Достал из чехла ружье, произвел один выстрел вверх, а затем в сторону ребят. Когда стали стрелять из автомата, то он убежал, и выбросил ружье (т. 6 л.д. 3 - 6).

Причем, в ходе осмотра места происшествия К. заявил, что два выстрела из ружья он произвел в сторону ребят, а не вверх, как это он утверждал в суде (т. 6 л.д. 19).

Суд обоснованно признал эти показания осужденного достоверными, поскольку они были даны с участием адвоката и согласуются с показаниями Щ., данных им на следствии, согласно которым именно К. в группе с В. и К.А. вывозили его на став, требовали сообщить сведения о П. При этом К. угрожал ему спиралью.

Из показаний свидетеля П.Б. усматривается, что в конце мая 1999 года он видел на лице сына П. следы побоев. Второй сын - П.В., сказал, что П. били и требовали деньги.

Из показаний потерпевшего П.А. в ходе расследования усматривается, что он был ранен в ногу выстрелом из ружья во время перестрелки с группой К.А.

Показания П.А. согласуются с показаниями потерпевшего Г., данных им в ходе расследования.

Изменению показаний свидетеля Щ., потерпевших Г. и П.А. в суде дана надлежащая оценка в совокупности с имеющимися в деле доказательствами.

По заключениям судебно-медицинских экспертиз у П.А. обнаружены две раны в области верхненаружного квадрата правой ягодицы. Ранение не исключается касательным воздействием ранящего снаряда.

Смерть Ф. последовала от огнестрельного ранения туловища картечью.

По заключению комплексной экспертизы повреждения на сорочке Ф. причинены в результате одного выстрела полиснарядом, в направлении сзади наперед, в горизонтальном направлении с расстояния более 14 м, возможно при обстоятельствах, указанных К. в его показаниях.

Версии о том, что Ф. и П.А. могли получить ранения от других лиц, тщательно проверялись в ходе расследования, в суде, и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку в материалах дела не нашли объективных подтверждений.

Напротив, причастность К. к этим преступлениям подтверждается совокупностью приведенных выше доказательств.

Дана оценка и заключению баллистической экспертизы, согласно которому след бойка на капсюле гильзы 20 калибра, изъятой с места преступления, не совпадает со следом бойка на капсюле гильзы 20 калибра, стреляной экспериментально из ружья ТОЗ-106 N 961189, поскольку в затворе этого ружья ударник с бойком и вкладыш курка заменены.

В совокупности с имеющимися в деле доказательствами суд оценил и выводы баллистической экспертизы о том, что картечь, изъятая с тела погибшего Ф., не совпадает с картечью, обнаруженной по месту жительства К. Как обоснованно указал суд, на месте преступления изъят патрон 20 калибра с изображением медведя, а по мету жительства К. изъяты патроны с изображением утки.

Утверждение К. о том, что он ружье взял с собой для дежурства в качестве охранника, не соответствует действительности, поскольку опровергается его же показаниями, данными в ходе расследования, согласно которым ружье он возил с собой для "самообороны".

Кроме того, свидетель З., на которого ссылается К., в суде пояснил, что он не предлагал К. приходить к нему на встречу с ружьем для трудоустройства охранником (т. 9 л.д. 169).

Безосновательны утверждения К. о том, что он, производя выстрелы на месте происшествия, оборонялся. Суд обоснованно пришел к выводу, что две группы молодых людей сознательно шли на конфликт между собой, пытаясь разрешить его с применением силы, в том числе и с использованием огнестрельного оружия.

Выводы суда относительно юридической оценки действий К. соответствуют материалам дела и представленным доказательствам. С доводами протеста в этой части судебная коллегия согласиться не может. В частности, вывод суда о том, что в тот день, 31 мая 1999 года, действительно первыми напали на группу К.А., М., В. и К. группа П., не противоречит выводам органов расследования. Именно в постановлении о предъявлении обвинения и обвинительном заключении указано, что К. произвел выстрелы в сторону группы П. на почве неприязненных отношений и мести за нападение на его товарищей.

Фактические обстоятельства дела установлены правильно, и им дана надлежащая юридическая оценка.

Протокол судебного заседания отвечает требованиям ст. 264 УПК РСФСР и поданные на него замечания рассмотрены председательствующим судьей в установленном законом порядке.

Наказание К. назначено с учетом содеянного, его личности, наличия инвалидности и не является чрезмерно мягким, как это утверждается в протесте, или чрезмерно суровым, на что указывается в жалобах осужденного и его защитников.

Психическое состояние К. проверено, и он обоснованно признан вменяемым.

Оснований для отмены или изменения приговора не имеется.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст. ст. 332, 339 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Ростовского областного суда от 13 сентября 2001 года в отношении К. оставить без изменения, протест и жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"