||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 31 января 2002 г. N 1-о01-70

 

Председательствующий: Шабанов Н.А.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Пелевина Н.П.

судей - Куменкова А.В. и Рудакова С.В.

рассмотрела в судебном заседании от 31 января 2002 года дело по кассационной жалобе осужденного М. на приговор Архангельского областного суда от 5 сентября 2001 года, по которому

М., <...>, с неполным средним образованием, ранее судимый 26 января 2001 года по ст. 158 ч. 2 п. п. "б", "в", "г" УК РФ с применением ст. 73 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев лишения свободы,

осужден по ст. 213 ч. 3 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы, по ст. 105 ч. 2 п. "и" УК РФ к 15 годам 6 месяцам лишения свободы, и на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний по совокупности преступлений ему назначено 16 лет лишения свободы;

в соответствии со ст. ст. 74 ч. 5, 60 УК РФ М. отменено условное осуждение по приговору от 26 января 2001 года, частично присоединено неотбытое по нему наказание в виде 1 года лишения свободы, и окончательно по совокупности приговоров ему назначено 17 лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Заслушав доклад судьи Пелевина Н.П., объяснение осужденного М. по доводам кассационной жалобы, заключение прокурора Хомицкой Т.П., полагавшей приговор оставить без изменения, а жалобу без удовлетворения, судебная коллегия

 

установила:

 

М. признан виновным в совершении хулиганства с использованием ножа в качестве оружия и убийства из хулиганских побуждений А., 1968 года рождения.

Преступления совершены в ночь на 30 января 2001 года в пос. Цигломень Исакогорского района г. Архангельска при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании М. виновным себя признал частично.

В кассационной жалобе и дополнении к ней осужденный М. указывает, что в ходе предварительного следствия допущен ряд нарушений закона, ему необоснованно отказано в проведении следственного эксперимента для установления истины, очных ставок с потерпевшими, за исключением Б., не проведено, адвокат своевременно ему не был предоставлен, хотя он имеет инвалидность в связи с прохождением военной службы, его психическое состояние не проверено. Фактически он вступился за знакомого Б., окруженного группой ребят, но получил ответ в грубой форме. Порез на лице у К. был причинен до его прихода на место происшествия, однако показаниям потерпевших и свидетелей не дано надлежащей оценки, с учетом их заинтересованности в исходе дела, в том числе, причинам противоречий в их показаниях. Нож он применил в ответ на примененное к нему насилие, с целью отпугнуть их, опасаясь за свое здоровье и не имея другого выхода из ситуации, так как они были вооружены скребком. В создавшейся ситуации он не мог правильно оценивать свои действия. При назначении наказания не принято во внимание наличие на иждивении ребенка, признание им вины, его инвалидность. Просит приговор изменить, смягчить ему наказание и режим исправительной колонии заменить на более мягкий.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.

Выводы суда о виновности М. основаны на исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательствах.

Из показаний осужденного М. следует, что он распивал спиртное с лицами, среди которых находился малознакомый ему Б., с которым у него был конфликт. Он выгнал последнего из дома, где распивали спиртное и через некоторое время сам пошел домой. Возле второго подъезда он увидел группу ребят, среди которых находился и А., которые окружили Б., при этом Т. держал его да одежду на груди. Когда он подошел к ним и стал выяснять происходящее, кто-то из потерпевших оскорбил его и в нецензурной форме велел убираться. Затем Б. ударил его ногой в грудь, кто-то ударил кулаком по лицу, и он упал, случайно обнаружив в кармане нож. Опасаясь дальнейшего избиения, он вскочил на ноги и стал размахивать ножом. Из подъезда выскочил А. со скребком для чистки снега и пытался нанести ему удары, от которых он уклонялся. Затем А. потерял равновесие, выронил скребок и побежал, но он догнал потерпевшего и нанес ему несколько ударов ножом, от которых он упал. Он отдал нож Г., а сам с места происшествия скрылся. Считает, что А. убил не из хулиганских побуждений, а при защите от нападения потерпевших. К. он не ударял, с ножом за Б. не гонялся, считает, что потерпевшие и свидетели оговорили его, хотя причины оговора не знает.

Показаниям осужденного М. судом дана критическая оценка в приговоре, и они мотивированно признаны достоверными лишь в той части, в какой не противоречат другим приведенным в приговоре доказательствам.

Факт обнаружения трупа потерпевшего с двумя ножевыми ранениями и изъятия с места происшествия ножа подтверждается протоколом осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 19 - 20), при этом М. в судебном заседании подтвердил принадлежность данного ножа ему и факт его использования при нанесении ударов потерпевшему.

Согласно акту судебно-медицинской экспертизы, смерть А. наступила от проникающей колото-резаной раны груди слева с повреждением плевры и левого легкого и колото-резаной левой боковой поверхности шеи (т. 1 л.д. 22 - 29).

Из показаний потерпевшего К. видно, что вместе с Б., Д., Т. и А. они пошли к Р., чтобы разобраться с ее сожителем, который противоправно вел себя в семье. В присутствии Р. у подъезда они стали разговаривать с ее сожителем Б., которого ни кто не избивал. Затем он на несколько минут уходил, а ребята продолжали разговаривать с Б. К подъезду подходил М. и спрашивал, какие у них проблемы, но сказал осужденному, что никаких проблем нет, и предложил идти своей дорогой. В этот момент он почувствовал удар по щеке чем-то острым, и у него пошла кровь. Он понял, что М. ударил его ножом, предупредил ребят и забежал в подъезд, где в квартире Р. ему оказали помощью. Позднее от ребят узнал, что М. зарезал А. Осужденного никто не бил и не оскорблял.

По заключению судебно-медицинского эксперта, у К. установлена поверхностная рана левой половины лица, которая образовалась от действия режущего предмета типа ножа, не причинившая вреда здоровью потерпевшего (т. 1 л.д. 31).

Из показаний потерпевшего Б. усматривается, что когда он и К. подошли к подъезду, там стояли малознакомые им Т., А. и Д., которые о чем-то разговаривали с Б., которого Т. держал за одежду. На его просьбу успокоиться кто-то из ребят сказал никто не собирается бить Б. В это время Рябова стала жаловаться на неправомерное поведение Б. в семье, в связи с чем и пригласила ребят разобраться с ним. Они с Р. к ней в квартиру, откуда услышали крики, что порезали К. Он выбежал на улицу и увидел стоящих Т. и А. и стоящего перед ними с ножом в руке М., который водил перед ними ножом и спрашивал, какие у них проблемы. Б. у подъезда уже не было. На слова ребят, что у них все нормально и просьбу успокоиться М. продолжал водить ножом из стороны в сторону и спрашивал, что еще хочет. Он понял, что К. порезал М., А. и Т. были напуганы, поэтому он ударил М. ногой в грудь с целью выбить нож. Тот упал, но ножа не выпустил. Затем с угрозами всех порезать М. погнался за ним, пытаясь нанести удары ножом в спину, при этом порезал куртку. Т. скребком пытался выбить нож у М., но не мог, а А. пытался подойти к нему сзади, но М. погнался за ним и несколько раз ударил ножом в спину, отчего А. упал, а Манухин убежал.

Показания Б. подтверждаются протоколом осмотра его куртки, на которой установлен разрез ткани длиной 11 см. (т. 1 л.д. 56 - 58).

Из показаний потерпевшего Т. следует, что они полностью соответствуют показаниям потерпевших К. и Б.

Свидетель Б. показал, что когда он пришел к сожительнице Р. и стал стучать к ней в квартиру, несколько ребят, в том числе и Т., вытащили его из подъезда на улицу, где кто-то два раза ударил его кулаком по лицу. Больше его никто не бил, лишь не велели больше приходить к Р. В это время к ним подошел М. и стал выяснять, какие у них проблемы, но кто-то из парней ответил, что проблем нет, они сами разберутся. После этого один из парней отскочил от М., а он, Б., убежал, а на следующий день узнал от Р., что М. зарезал А. и порезал К., его у подъезда никто не бил, помощи у М. он не просил и не видел, чтобы ему наносил удары кто-либо из потерпевших.

Из показаний свидетеля Д. видно, что когда у подъезда происходил разговор с Б., подошел М. и стал выяснять, какие у них проблемы. На ответ К. ударил его ножом, после чего все стали разбегаться. Он пошел домой, а через несколько минут его догнал Т. и сообщил, что М. порезал А.

Из показаний свидетелей Р. и Р. усматривается, что они полностью подтвердили и дополнили показания перечисленных выше показаний потерпевших и свидетелей и также указали на беспричинность совершенных М. действий.

Из оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 286 УПК РСФСР показаний свидетеля Г. следует, что она видела, как М. преследовал А., догнал его и стал наносить ему удары, как ей показалось, кулаком. Когда услышала крики потерпевшего и подбежала, А. сказал, что его порезали, просил вызвать "скорую помощь", а М. передал ей окровавленный нож, попросил спрятать его и убежал. Данный нож она выбросила в снег, (т. 1 л.д. 92 - 93).

Из протокола осмотра ножа, изъятого с места происшествия, и заключения криминалистической экспертизы видно, что он изготовлен самодельным способом и по своим параметрам не свидетельствует о его хозяйственно-бытовом назначении, хотя не относится к холодному оружию (т. 1 л.д. 38 - 39, 55).

Судом дана надлежащая оценка приведенным доказательствам в их совокупности, которые являются последовательными и непротиворечивыми, и в приговоре они мотивированно признаны достоверными и допустимыми.

Доводы осужденного М. в жалобе о том, что ему не был своевременно предоставлен адвокат и что ряд следственных действий проведены с нарушением его права на защиту, не соответствуют имеющимся в деле объективным данным и доказательствам, подтверждающим предъявленное ему обвинение. Проведение очных ставок является правом, а не обязанностью следователя, и их непроведение не может свидетельствовать о существенной неполноте предварительного следствия.

Психическое состояние М. проверено полно и объективно, выводы суда по данному вопросу в приговоре нашли мотивированное обоснование, а поэтому данные доводы жалобы также являются несостоятельными.

Доводы осужденного о необходимости защищаться от действий потерпевших полностью опровергаются приведенными в приговоре доказательствами, свидетельствующими о том, что осужденный не защищался, а активно нападал с ножом на потерпевших, вынуждая защищаться их, при этом полностью подтверждена и беспричинность действий осужденного.

Таким образом, все доводы жалобы осужденного фактически были проверены в ходе судебного заседания и нашли мотивированное обоснование в приговоре.

При таких обстоятельствах правильность и обоснованность юридической квалификации действий М. по ст. ст. 213 ч. 3, 105 ч. 2 п. "и" УК РФ сомнений не вызывает.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона по делу не допущено.

Наказание М. назначено с учетом содеянного, данных о его личности и не свидетельствует о его чрезмерной суровости и несправедливости.

Оснований для удовлетворения кассационной жалобы по ее доводам и смягчения наказания не имеется.

Ввиду изложенного и руководствуясь ст. ст. 332, 339 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Архангельского областного суда от 5 сентября 2001 года в отношении М. оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

Председательствующий

ПЕЛЕВИН Н.П.

 

Судьи

КУМЕНКОВ А.В.

РУДАКОВ С.А.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"