||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 8 января 2002 г. N 49-О01-128

 

Судья: Габитов Р.Х.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Кузнецова В.В.,

судей Батхиева Р.Х., Бурова А.А.

8 января 2002 года рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам потерпевших И., А., Г., осужденных Х., Е., и адвокатов Примак Л.А. в защиту Х., Качусова В.Б. в защиту Е., законного представителя В.Л. в защиту несовершеннолетнего осужденного В.М. на приговор Верховного Суда Республики Башкортостан от 23 июля 2001 года, которым

Е., <...>, со средним образованием, ранее судимый 18 июня 1997 года по ст. 112 ч. 1 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, освобожденный 17 октября 1998 года по отбытию срока наказания,

осужден по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" УК РФ к 15 годам лишения свободы в исправительной колонии строго режима.

Х., <...>,со средним образованием, ранее судимый 24 апреля 1997 года по ст. ст. 146 ч. 2 пункт "а" УК РСФСР; 161 ч. 2 пункты "а", "б", "г" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на основании ст. 40 УК РСФСР к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожденный 19 июня 1999 года по отбытию срока наказания,

осужден по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" УК РФ к 15 годам лишения свободы в исправительной колонии строго режима.

А.Р., <...>, с неполным средним образованием, ранее судимый 24 апреля 1997 года по ст. ст. 158 ч. 2 пункты "а", "б", "в", "г", 161 ч. 2 пункты "а", "б", "г" УК РФ, 146 ч. 2 пункт "а" УК РСФСР с применением ст. 64 УК РФ на основании ст. 40 УК РСФСР к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожденный 17 июня 1999 года по отбытию срока наказания, осужден по ст. 316 УК РФ к 1 году восьми месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима и в связи с отбытием назначенного наказания из-под стражи освобожден;

В.М., <...>, с неполным средним образованием, учащийся 11 класса средней школы, ранее не судимый, осужден по ст. 316 УК РФ к 1 году восьми месяцам 2 дня лишения свободы в колонии поселении и в связи с отбытием назначенного наказания из-под стражи, освобожден.

 

оправданы:

 

Е. по ст. ст. 139 ч. 2, 162 ч. 3 п. п. "в", "г", 150 ч. 4, 119 УК РФ;

Х. по ст. ст. 139 ч. 2, 162 ч. 3 п. "в", 150 ч. 4 УК РФ;

А. по ст. ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "в", "д", "ж", "з"; 161 ч. 2 п. п. "а", "б", "г", "д", 139 ч. 2, 162 ч. 3 п. "в", 150 ч. 4 УК РФ;

В. по ст. ст. 139 ч. 2, 162 ч. 3 п. "в", 105 ч. 2 п. п. "а", "в", "д", "ж", "з"; 161 ч. 2 п. п. "а", "г", "д" УК РФ.

 

постановлено:

 

взыскать с Е. и Х. в пользу А.Г. солидарно расходы на погребение в сумме 15025 рублей и компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей.

Решена и судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Батхиева Р.Х., объяснение осужденного Х., поддержавшего доводы жалоб в свою защиту, заключение прокурора Соломоновой В.А., полагавшей приговор отменить с направлением дела на новое судебное рассмотрение со стадии назначения судебного заседания, судебная коллегия

 

установила:

 

осужденные признаны виновными:

Е., Х. в совершении убийства А.А., рождения 1967 года, и И., рождения 1970 года, группой лиц;

В. и А. в заранее не обещанном укрывательстве особо тяжкого преступления, совершенного Е.и Х.

Преступления совершены в ночь с 1 на 2 ноября 1999 года в городе Нефтекамске в подъезде дома N 20 по ул. Дзержинского Республики Башкортостан при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

По предъявленному обвинению в незаконном проникновении в квартиру, вопреки воле потерпевшего А.А., в разбойном нападении на А.А., и И. все осужденные оправданы, Е., Х. и А.Р. оправданы и за вовлечение В.М. в совершение преступлений, а В.М. и А.Р. оправданы еще за убийство потерпевших и ограбление Г.

Осужденные Е., Х., В.М. и А.Р. в судебном заседании в предъявленном обвинении виновными себя не признали, а признание вины на предварительном следствии объяснили тем, что они подвергались пыткам, психологическим давлениям со стороны оперативных работников милиции и работников прокуратуры.

В кассационных жалобах и дополнениях к ним потерпевшие И.Ф., А. излагают свое несогласие с приговором в отношении Х., Е., А.Р. и В.М. Утверждают, что еще до вынесения приговора они знали, что суд освободит из-под стражи А.Р. и В.М. Считают, что суд занимался только тем, чтобы доказать получение показаний от осужденных незаконным путем. Утверждают, что доводы осужденных об оказании на них физического и психологического воздействия, что на них "повесили" обвинение в разбойном нападении и убийстве проверялись в судебном заседании и не подтвердились. Считают, что были утрачены вещественные доказательства в связи "с истечением большого отрезка времени с момента обнаружения трупов А.А. и И.О. и задержания осужденных", что обвинение было построено на показаниях виновных, у которых не было причин для оговора друг друга в совершении этих преступлений. Утверждают, что показания осужденных, данные на предварительном следствии, полностью соответствовали протоколу осмотра места происшествия, актам экспертиз и другим материалам дела. Считают, что выводы суда о невиновности осужденных в преступлениях, за которые они оправданы, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Утверждают, что осужденные необоснованно оправданы за совершение ряда преступлений с назначением мягкого наказания за преступления, в совершении которых они признаны виновными. Указывают, что осужденные в наркотическом опьянении против воли А.А. проникли в его квартиру, убили потерпевших и забрали деньги, что А.Р., как и Х., удерживал потерпевших А.А. и И.О. в процессе лишения их жизни и принимал активное участие в нападении на них. Утверждают, что А.Р., Х., Е., заведомо знавшие возраст В.М., были незаконно оправданы за вовлечение его в преступную деятельность. Считают, что суд сделал необоснованный вывод о том, что осужденные проникли в квартиру А.А. законно, только на основании того, что он ранее был знаком с ними. Просят приговор в отношении Е., Х., А.Р. и В.М. отменить в связи с односторонностью судебного следствия, несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, незаконным оправданием за ряд преступлений, неправильным применением закона и чрезмерной мягкостью наказания, назначенного осужденным;

В кассационных жалобах и дополнениях к ним осужденных Е., Х., А., В. и его законного представителя В.Л., адвокатов Качусова В.Б. в защиту Е., Примак Л.А. в защиту Х. указано на незаконность обвинительного приговора. В обоснование доводов о незаконности обвинительного приговора в жалобах содержатся ссылки на то, что следствие и судебное разбирательство проведены с обвинительным уклоном. Утверждают, что в начальной стадии предварительного следствия Е., Х., А. и В. в результате применения к ним психического и физического насилия со стороны сотрудников милиции и прокуратуры вынуждены были оговаривать себя и других осужденных в совершении разбоя и убийства потерпевших. Указывают, что их жалобы на эти нарушения, адресованные в различные инстанции, не были проверены надлежащим образом. Утверждают, что органами следствия нарушались права Е., Х., А.Р. и В.М. на защиту, им не разъяснялись положения Конституции Российской Федерации, что их отказы от услуг адвокатов были вынужденными. Считают, что суд поступил нелогично, исключив одни показания осужденных из числа доказательств, а другую часть показаний, признав полученными с соблюдением закона. Указывают, что никаких иных доказательств, помимо показаний самих осужденных, часть которых суд признал в приговоре недопустимыми в качестве доказательств, в деле отсутствуют. Считают, что версия о причастности к убийству потерпевших бывшей жены А.А. не проверялась.

Кроме того, в жалобах:

осужденный Е., излагая свое несогласие с выводами суда, указывает на то, что А.Р. и В.М., как и он, на предварительном следствии признавали себя виновными по ст. 105 ч. 2 УК РФ. Считает нелогичным признание его виновным в убийстве и оправдание А.Р. и В.М. на основании таких же показаний, данных при таких же обстоятельствах. Считает, что суд не проверил данные о наличии ключа от квартиры у бывшей жены А.А., вывод суда о том, что он после убийства закрыл двери ключом, предположением. Указывает, что при рассмотрении после отмены первого приговора суд не выяснил причины противоречий, имевшихся в материалах дела, что при новом рассмотрении появились новые неясности, что остались без проверки и оценки показания свидетелей Я. и Н. о том, что они слышали шум в квартире потерпевших с участием какого-то мужчины. Утверждает, что Я., Н., Ф. и других свидетелей в милиции избивали, требуя назвать убийц, вместо того, чтобы следственно-оперативными мероприятиями установить мужчину, на которого они указывали. Считает, что участковый инспектор сфальсифицировал материалы для привлечения Х. и А.Р. к административной ответственности с целью получения явок с повинной. Ссылается на то, что нет ответов на его вопросы о своей невиновности. Утверждает, что после оправдания В. и А. в убийстве и частичного снятия обвинения с других осужденных, "приговор утратил вообще аргументацию, что в описательной части уже нет и времени совершения преступления". Просит дело направить на новое расследование;

адвокат Качусов В.Б. утверждает, что анализ всех исследованных доказательств позволяет сделать вывод о невиновности Е. Считает, что показания Е. о невиновности не опровергнуты. Ссылается на то, что в ходе следствия не были найдены тряпки ножи, ключи, деньги, которые фигурируют в деле и могли быть признаны вещественными доказательствами. Считает, что осужденные признаны виновными на предположении. Указывая на выводы экспертов, не обнаруживших следы о причастности Е. к убийству, считает, что суд не учел эти выводы и показания допрошенных лиц, свидетельствующие о необоснованности обвинения в убийстве потерпевших. Анализируя выводы суда, содержащиеся в приговоре, и отдельные доказательства, считает, что вина его подзащитного не доказана. Утверждает, что при расследовании дела нарушались требования уголовно-процессуального закона. Просит приговор отменить;

осужденный Х. указывает, что против него был сфальсифицирован административный материал о мелком хулиганстве, что в период отбывания административного ареста с ним проводились следственные действия. Написание явки с повинной имело место после оказания на него психического и физического воздействия. Просит приговор отменить и дело прекратить;

адвокат Примак Л.А., описывая обстоятельства взаимоотношения Х. с другими осужденными, излагает свое несогласие с приговором. Считает, что выводы суда о виновности осужденных, как об этом записано в приговоре, необоснованными, не подкрепленными соответствующими фактами. Утверждает, что дело сфабриковано на предварительном следствии, а судебное разбирательство проведено односторонне и неполно, что его подзащитного судили на основании первоначальных показаний, данных на следствии, в которых осужденные оговорили себя и других в причастности к убийству потерпевших. Показания Хафизова и других на предварительном следствии объясняет тем, что на них оказывалось физическое, психологическое и моральное воздействие, а следователем нарушались требования закона и право на защиту в связи с тем, что адвокат Алиев одновременно с защитой Х. осуществлял защиту и несовершеннолетнего В.М. Утверждает, что Х. на всех допросах с его участием давал одни и те же показания о своей невиновности. Обращая внимание на то, что некоторые процессуальные документы избирательно признаны недопустимыми в качестве доказательств, а другие фактические данные, содержащиеся в его же показаниях, использованы для постановления обвинительного приговора, указывает, что суд не оценил наличие у всех осужденных телесных повреждений, полученных одновременно. Анализируя доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности, считает, что суд исходил из одних предположений и первоначальных показаний, от которых осужденные отказались. Просит приговор отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение;

осужденный А., описывая встречу с В. в день убийства, утверждает о своей непричастности к убийству потерпевших и сокрытию следов, выражает свое несогласие с приговором. Считает, что выводы суда о виновности осужденных необоснованными. Утверждает, что предварительное и судебное следствие проведены односторонне, что его судили на основании первоначальных показаний, подлежащих исключению из числа доказательств, как данных в период нахождения под арестом по сфальсифицированному административному делу о мелком хулиганстве, в которых он оговорил себя и других в убийстве потерпевших. Свои показания на предварительном следствии объясняет тем, что на него оказывалось физическое и психическое воздействие, а следователем нарушались требования закона и его права иметь защитника в качестве подозреваемого. Утверждает, что некоторые процессуальные документы сфальсифицированы, что суд не выполнил указания, содержащиеся в определении Верховного Суда Российской Федерации об отмене первого приговора. Просит отменить приговор в отношении всех осужденных и прекратить уголовное дело;

осужденный В.М. и его законный представитель В.Л. излагают свое несогласие с приговором. Утверждают, что приговор в нарушение ст. 309 УПК РСФСР построен на предположениях. Считает, что суд не вправе был основывать свои выводы о виновности осужденных на показаниях осужденных, данных после применения к ним незаконных методов допроса. Анализируя показания осужденных, обращают внимание на непоследовательность оценки судом доказательств. Утверждают, что органы предварительного следствия "не отработали" все возможные версии убийства потерпевших, а суд при оценке доказательств не принял во внимание доказательства, свидетельствующие о применении к осужденным физического насилия. Утверждают, что нарушались нормы уголовно-процессуального закона и право несовершеннолетнего обвиняемого на защиту. Просят приговор отменить и дело прекратить за недоказанностью, а в случае отмены приговора без прекращения дела не направлять его в Республику Башкортостан.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене, а дело направлению на новое судебное рассмотрение со стадии назначения судебного заседания по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями ст. ст. 222 - 230, 254 УПК РСФСР при разрешении вопроса о назначении судебного заседания судья обязан рассмотреть имеющиеся ходатайства и заявления лиц и организаций. При назначении судебного заседания выносит постановление, в котором должно содержаться мотивировка принятого решения, указание лиц, обвиняемых по делу, и уголовного закона, подлежащего применению, судья вправе исключить из обвинительного заключения отдельные пункты обвинения или применить закон о менее тяжком преступлении. Ходатайства о вызове дополнительных свидетелей и истребовании других доказательств подлежат удовлетворению во всех случаях.

Согласно требованиям ст. ст. 20, 21, 71, 301, 314 УПК РСФСР суд обязан принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного, объективного исследования обстоятельств дела и выявления обстоятельств, как уличающих, так и оправдывающих подсудимых. Подлежат выявлению причины и условия, способствовавшие совершению преступления. Не допускается изменение обвинения в суде, если этим ухудшается положение подсудимого или нарушается его право на защиту. Приговор должен быть законным, обоснованным и мотивированным. В описательной части приговора, в частности, должно быть указано место, время, способ совершения преступления, доказательства, на которых основаны выводы суда и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

По настоящему делу эти требования закона выполнены не в полной мере.

Как видно из постановлений о назначении судебного заседания по уголовным делам: по обвинению В.М. и А.Р. по ст. 161 ч. 2 УК РФ от 3 февраля 2000 года (т. 5, л.д. 77); по обвинению Х. Е., А.Р. и В.М. (т. 6, л.д. 1 - 2); о соединении этих дел и назначении судебного заседания по обоим делам от 18 апреля 2000 года (т. 4, л.д. 3), судья не выполнил требования уголовно-процессуального закона, не указал в постановлениях уголовный закон, по которым предстояло судебное разбирательство в отношении осужденных, и не разрешил ходатайства.

Поскольку разбирательство дела в суде производится только в отношении обвиняемых и лишь по тому обвинению, по которому дело назначено к рассмотрению, следует признать, что и по настоящему делу не выполнены требования ст. ст. 221 - 230, 254 УПК РСФСР.

Более того, судья в одном постановлении, вопреки ст. 221 УПК РСФСР разрешил вопросы соединения дел и назначения судебного заседания.

Так, согласно ст. 221 УПК РСФСР, судья до назначения судебного разбирательства выносит одно из следующих решений: о назначении судебного заседания, возвращении дела для производства дополнительного расследования, приостановлении производства по делу, направлении дела по подсудности, прекращении дела.

Таким образом, закон не допускает одновременного разрешения двух вопросов: о назначении судебного заседания и соединении уголовных дел.

Поэтому решение о соединении уголовных дел должно было быть принято самостоятельно, если судья найдет основания и примет решение о назначении по каждому делу судебного заседания.

Нарушения закона допущены и при судебном разбирательстве дела и постановлении приговора.

Осужденные виновными себя в предъявленном обвинении себя не признали, утверждая, что явки с повинной и последующие показания о своей виновности писали в связи с физическим и психическим воздействием на них.

Доводы осужденных о том, что к ним применили насилие, в судебном заседании надлежащим образом не были проверены.

Суд к проверке показаний осужденных и к их оценке отнесся формально, не в полной мере выполнил требования ст. ст. 20, 71 и 314 УПК РСФСР.

Как правильно указано в жалобах, из приговора неясно, почему суд отверг одни показания осужденных и основал свои выводы на других их показаниях.

Суд дал оценку показаниям осужденных без учета того, что в деле имеются протоколы об объявлении участникам уголовного процесса их прав и ст. 51 Конституции Российской Федерации: А.Р. - 20 ноября 1999 года (т. 5 л.д. 13, 17); В.М. - 22 ноября 1999 года (т. 5 л.д. 17 допрашивался с участием защитника и инспектора по делам несовершеннолетних); Е. - 18 января 2000 года (т. 1 л.д. 172).

Из приговора видно, что суд ошибочно полагал, что необходимо при каждом допросе разъяснять осужденным положения Конституции Российской Федерации и уголовно-процессуального закона.

Остались не проверенными надлежащим образом, с выяснением причин и оценкой противоречий, путем допроса участников следственных действий, материалы следственных экспериментов.

Таким образом, вывод о виновности в умышленном убийстве судом сделан, исходя только из части исследованных в судебном заседании фактических данных, а другой части доказательств оценка, как того требуют ст. ст. 71 и 314 УПК РСФСР, не дана.

Не указано в приговоре также, какая часть обвинения не нашла подтверждение в судебном заседании.

Признав часть обвинения необоснованной, в то же время, суд не привел в приговоре содержание предъявленного органами предварительного следствия обвинения и вынес оправдательный приговор, а убедительные мотивы изменения обвинения в целом не привел.

Остались невыясненными и причины противоречий между фактическими данными, оставленными судом без оценки, и доказательствами, приведенными в приговоре.

Не выполнены также требования закона о том, что описательная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, доказательства, на которых основаны выводы суда и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

В результате несоблюдения требований ст. 20 УПК РСФСР о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела, ст. ст. 221 - 230 УПК РСФСР суд нарушил и требования ст. 254 УПК РСФСР, не допускающей ухудшения положения виновного. Рассмотрение дела возможно только по объему и квалификации обвинения, указанному в постановлении о назначении судебного заседания.

Суд, хотя и указал в приговоре, что исходит из принципа соразмерности и справедливости предъявленных исковых требований, эти обстоятельства также в полной мере не исследовал.

Таким образом, по настоящему делу требования закона, предъявляемые к рассмотрению дела судом первой инстанции, выполнены не в полной мере, что повлияло на постановление законного и обоснованного приговора.

При новом рассмотрении дела необходимо устранить нарушения закона, допущенные при назначении судебного заседания по уголовным делам в отношении осужденных и при их соединении. Следует принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, по результатам которого решить вопрос о виновности или невиновности осужденных и дать правильную правовую оценку их действиям.

Подлежат проверке и другие доводы кассационных жалоб потерпевших и в защиту осужденных, относящиеся к полноте и всесторонности исследования обстоятельств дела, могущие повлиять на квалификацию действий и назначение наказания, в частности, касающиеся рассмотрения гражданских исков, с учетом конкретных обстоятельств и материального положения сторон.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 339 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Верховного Суда Республики Башкортостан от 23 июля 2001 года в отношении Е., Х., А.Р. и В.М. отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей со стадии назначения судебного заседания.

Меру пресечения в отношении Е., Х. оставить содержание под стражей.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"