||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 27 декабря 2001 г. N 81-о01-96

 

Председательствующий: Воронин А.И.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Коннова В.С.

судей - Чакар Р.С. и Шадрина И.П.

рассмотрела в судебном заседании от 27 декабря 2001 года дело по кассационной жалобе осужденного С. на приговор Кемеровского областного суда от 3 апреля 2001 года, которым

С., <...>, русский, с образованием 8 классов, не работавший, ранее не судимый,

осужден по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ - к десяти годам лишения свободы с конфискацией имущества; по п. п. "а", "ж", "з", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к семнадцати годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к девятнадцати годам лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

С. признан виновным и осужден за разбойное нападение на Н. и Р., совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда их здоровью; за убийство двух лиц: Н., 1929 г. рождения, и Р., 1949 г. рождения, совершенное группой лиц по предварительному сговору и сопряженное с разбоем, за убийство Ш., 1950 года рождения, совершенное группой лиц по предварительному сговору с целью сокрытия других преступлений - разбоя и убийства Н. и Р.

Преступления совершены им в г. Топки Кемеровской области при обстоятельствах, установленных приговором, 22 декабря 1998 года.

В судебном заседании подсудимый С. виновным признал себя частично.

В кассационной жалобе осужденный С. указывает на свое несогласие с приговором и ссылается на отсутствие предварительного сговора на хищение, разбой и убийства; на отсутствием у него умысла на убийство и на убийство нескольких лиц, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Считает, что ему назначено чрезмерно строгое наказание. Утверждает, что когда К. по дороге к дому Н. заявил, что он заберет деньги у женщины, он промолчал, а в доме, когда К. нанес удары Н. и Р., то зашел в комнату, где он находился с Ш. и высыпал деньги на стол, а он собрал их и положил себе в карман. Он (С.) нанес один удар обухом топора Р., Ш. нанес удары кулаками в лицо и один удар обухом топора, но при их уходе из дома, она была жива.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Коннова В.С., объяснения осужденного С., поддержавшего свою жалобу по изложенным в ней основаниям, проверив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит приговор в отношении С. подлежащим изменению по следующим основаниям.

Виновность С. в содеянном им (за исключением нанесения удара кулаком по телу Ш.) установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.

Судом проверялись доводы С. об отсутствии у него предварительного сговора на разбойное нападение и убийство Н., Р., Ш. и правильно признаны недостоверными.

Как пояснял сам С. в ходе предварительного следствия, из г. Топки до г. Междуреченска он и К. собирались добираться на электричках из-за того, что у них было всего 35 рублей денег. На эти деньги в магазине у железнодорожного вокзала он купил сигареты, пачку сосисок и батон, в дальнейшем - купил еще стакан семечек. У него осталось денег 10 руб. Женщине, у которой купил семечек (Р.), он сказал, что собирается ехать до г. Междуреченска на электричке, так как нет денег, и сообщил о нуждаемости в ночлеге, сказал, что денег у него мало, всего 10 рублей, но их отдаст за ночлег. Этой женщине он отдал эти 10 рублей. По дороге к дому Н. К. сообщил ему, что у Р. имеются деньги и он их заберет по-любому, он их видел у нее в варежке, когда покупали сельдь. О намерении забрать деньги К. говорил ему и когда они пришли в дом к Н. Когда они легли спать, то К. сказал ему, что деньги нужно по-любому забрать, какая была сумма денег, он и К. еще не знали. К. сказал, что пойдет и попытается забрать деньги. Он из комнаты вышел в сени. Он (С.) пошел навстречу К., который принес из сеней в дом сапожную лапу и топор и топор дал ему. Он взял его. К. подошел к спавшим Н. и Р. и сапожной лапой начал бить по голове Н., ударил его раза 3, затем К. той же сапожной лапой ударил Р. в голову. Та проснулась и стала кричать: "Что Вы делаете?" Он (С.) подошел к Р. и ударил ее по голове обухом топора. Затем он пошел в другую комнату, где находилась Ш., так как боялся, что она встанет и начнет кричать. К ней в комнату он зашел с топором, топор Ш. видела. В это время он слышал глухие удары, это К. наносил удары Н. и Р. сапожной лапой. Ш. стала его спрашивать, что случилось, что они делают. К. заявил, что банк ограбил и потребовал, чтобы она молчала. Когда К. зашел в ту же комнату, то он высыпал на стол деньги: бумажные купюры и много монет. Он (С.) откинул Ш. на кровать и стал ее бить, сначала кулаками по лицу и телу, а затем нанес ей 3 - 4 удара топором (обухом по голове). При этом Ш. говорила: "Пацаны, не надо, я никому не скажу". На голове Ш. от его ударов появилась кровь, он понял, что разбил ей голову. Он подошел к столу, собрал со стола принесенные К. деньги и положил их к себе в карман. Он открыл шифоньер, посмотрел, что находится на полках. К. взял себе рубашку. Он подошел к комоду и выдвинул его ящики, но там оказались какие-то радиодетали. Он взял на кухне нож и вспорол им подушку. Перед уходом К. сапожной лапой нанес еще один удар Ш., объяснив, что сделал это, чтобы она не могла сообщить в милицию, а он (С.) забрал сумку с семечками, которую впоследствии отдал "Алексею", сообщив, что сумка принадлежит ему (С.) и предложив ему продать семечки.

В судебном заседании подсудимый С. также пояснял, что по дороге к дому Н. К. сообщил ему, что видел у одной из женщин в варежке деньги и заявил, что заберет эти деньги в любом случае. Когда легли спать, К. встал и вышел в коридор, чем-то там загремел и вернулся в кухню. Он (С.) тоже встал и вышел на кухню, увидел в руках К. топор и сапожную лапу, топор он отдал ему. Сапожной лапой К. 3 - 4 раза ударил по голове спавшего Н., а он (С.) ударил обухом топора спавшую Р. по голове. Затем и К. нанес Р. удары сапожной лапой по голове. Он с топором зашел в комнату Ш., которая стала спрашивать, что происходит. Он слышал, что К. в кухне наносил еще удары, слышал звук примерно 5 ударов. Потом в комнату зашел К. и положил на стол деньги. Ш. спросила, откуда деньги. Он считает, что Ш. поняла, что произошло на кухне, спросила, зачем они это делают. Тогда он нанес ей 3 - 4 удара кулаком в лицо, 1 - 2 удара обухом топора по голове. К. также 1 - 2 раза ударил ее по голове сапожной лапой, сказав, что сделал это, чтобы она не убежала в милицию. Возможно, он (С.) наносил больше ударов Р. и Ш. обухом топора. Он (С.) забрал со стола деньги, стал выдвигать ящики комода. К. проверял шифоньер, там взял рубашку. Из дома они взяли еще для продажи семечки. Ножом он вспорол пуховую подушку.

Протоколом осмотра места происшествия подтверждается обнаружение трупов Н. и Р. на кровати в кухне.

Из заключений судебно-биологических экспертиз видно, что на шапке и кофте С. имелись следы крови, и на топоре имелись следы крови, происхождение которой возможно от Н. и Р.

Как следует из актов физико-технической и медико-криминалистической экспертиз, рвано-ушибленная рана в левой теменной области трупа Н. причинена твердым предметом, имеющим ребро в виде угла, близкого к прямому, ребер и плоскость между ними. Свойствами и особенностями данного предмета обладает обух изъятого в доме топора. (По делу установлено, что топор при происшедшем находился и удары топором наносились - С.). Локально-конструкционный вдавленный перелом лобной кости Р. слева мог быть причинен частью топора.

Из приведенных доказательств следует, что у С. и другого лица перед происшедшим денег вообще не было, в том числе - и для проезда в г. Междуреченск. Другое лицо сразу заявило о необходимости завладения деньгами, которые оно увидело у Р., используя при этом любые методы ("по-любому"), хотя, как утверждал С., он и другое лицо и не знали, какая сумма денег была у Р. Когда другое лицо, заявив, что идет завладевать чужими деньгами, вышло в сени, С., зная о намерениях другого лица, пошло ему навстречу, взял предложенный другим лицом топор. Когда другое лицо стало сапожной лапой наносить удары Н. по голове, С., видя, какого характера насилие применяется другим лицом, в свою очередь сам нанес по одному удару топором по головам Р. и Н. Когда другое лицо принесло в комнату изъятые чужие деньги, их забрал С. Он же вместе с другим лицом искали ценные вещи в шифоньере, комоде, С. распорол матрац, вытряхнул его содержимое (как это следует из показаний С. и данных протокола осмотра места происшествия), похитил сумку с семечками; выдавая их за принадлежавшие ему, передал их для продажи; распоряжался похищенными деньгами.

Таким образом, действия С. и другого лица по нападению, убийству, похищению чужого имущества были совместными и согласованными. Других причин нападения на Н. и Р., кроме совершения разбоя, корыстного мотива, из материалов дела не усматривается.

Совокупность указанных данных подтверждает правильность выводов суда о наличии предварительного сговора на разбойное нападение и убийство Н. и Р., и об участии С. в разбойном нападении и процессе лишения жизни Н. и Р.

Как видно из показаний С., при нападении на Н. и Р., он в комнату к Ш. пошел опасаясь, что она встанет и будет кричать. К ней в комнату он зашел с топором в руках. Ш. спрашивала, что они делают, а увидев принесенные другим лицом деньги. спрашивала, откуда у них деньги. Он (С.) считал, что она поняла, что произошло на кухне, и напал на нее. При нанесении ей ударов Ш. просила не наносить ей удары, обещая, что никому не скажет о происшедшем, но ей продолжали наносить удары. С. понял, что разбил ей голову. Нанося удар Ш., другое лицо необходимость этого мотивировало необходимостью исключения возможности Ш. обратиться в милицию.

При таких данных мотив убийства Ш. с целью скрыть разбойное нападение на Н., Р. и их убийство, установленный судом, соответствует имеющимся доказательствам. Совместные, согласованные действия С. и другого лица по убийству Ш. подтверждает правильность вывода о наличии у них предварительного сговора на ее убийство.

Орудия совершения преступления - топор, сапожная лапа, нанесение ими ударов с достаточной силой в область жизненно важных органов человека - голову, подтверждают правильность выводов суда о наличии умысла на лишение Н., Р. и Ш. жизни.

Как следует из материалов дела, сам С. в правоохранительные органы с заявлением о совершении им преступлений не являлся, намеревался избежать уголовной ответственности за содеянное, а перед происшедшим сообщал, куда он и другое лицо намерены ехать (в г. Междуреченск), каким транспортом, все пострадавшие его и другое лицо видели, в силу чего могли указать их приметы, составить их фотороботы, что способствовало бы их розыску и изобличению. Уходя из дома Н., С. ни в медицинские учреждения, ни в правоохранительные органы не сообщал о месте нахождения и состоянии пострадавших. Совокупность этих данных также подтверждает направленность умысла С. на убийство пострадавших.

При наличии группового убийства все соисполнители, участвовавшие в процессе лишения жизни и имевшие умысел на убийство, несут ответственность как соисполнители убийства, независимо от того, от действий кого из них наступила смерть пострадавшего.

Поскольку умысел С. был направлен на убийство Ш. и ее смерть наступила от совместных действий С. и другого лица, ссылка в жалобе на то, что когда они уходили из дома, Ш. была еще жива, не влияет на квалификацию действий С.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вину С. в разбойном нападении, совершенном по предварительному сговору группой лиц, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда Н. и Р.; в убийстве двух лиц - Н. и Р., совершенном группой лиц по предварительному сговору и сопряженном с разбоем, и в убийстве Ш., совершенном группой лиц по предварительному сговору и с целью сокрытия других преступлений, и верно квалифицировал его действия по п. "в" ч. 3 ст. 162, п. п. "а", "ж", "з", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ по указанным признакам.

Вместе с тем приговором от 25 февраля 2001 года (л.д. 223 - 231 т. 2) установлено, что до нанесения ударов топором С. нанес Ш. 3 - 4 удара кулаком в лицо. Данный приговор не отменялся по причине необходимости увеличения количества ударов кулаком, нанесенных С. Ш. (л.д. 250 - 252 т. 2). Несмотря на это, в нарушение требований ст. 353 УПК РСФСР данным приговором суд признал установленным нанесение С. не менее 5 ударов кулаком в лицо и по туловищу, тем самым увеличив объем его виновности. При таких данных из приговора подлежит исключению указание суда о нанесении С. одного удара Ш. кулаком по туловищу. В этой части (в части нанесения ударов кулаком) следует считать установленным, что С. нанес Ш. 3 - 4 удара кулаком в лицо.

Наказание С. назначено судом в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному им, с учетом данных о его личности, влияния назначенного наказания на его исправление и всех конкретных обстоятельств дела.

Отрицательные характеристики потерпевших, первая судимость С., его положительные характеристики, нахождение на его иждивении малолетнего ребенка, его роль в совершении преступлений, на что имеются ссылки в жалобе, учтены судом при назначении С. наказания. С учетом показаний С. в судебном заседании, частичного признания им своей вины, доводов его жалобы ссылка на его раскаяние в содеянном является несостоятельной.

По п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ С. назначено наказание, близкое к минимально возможному, установленному санкцией данной части статьи УК РФ.

Несмотря на исключение нанесения им одного удара кулаком Ш., с учетом того, что данные о его личности оставлены без изменения, а наказание по п. п. "а", "ж", "з", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ назначено справедливое, судебная коллегия не находит оснований к смягчению назначенного С. наказания.

Неназначение С. пожизненного лишения свободы за умышленное лишение жизни трех человек, в том числе - двух человек при разбойном нападении, и одного - в целях сокрытия других преступлений, и назначение ему за это наказания в виде лишения свободы не на максимально возможный срок нельзя признать чрезмерно строгим наказанием, несоразмерным содеянному самим им.

За исключением вносимого изменения, выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора или внесение в него иных изменений, из материалов дела не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 332, 339 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Кемеровского областного суда от 3 апреля 2001 года в отношении С. изменить.

Исключить из осуждения С. по п. п. "а", "ж", "з", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ нанесение им одного удара кулаком по телу Ш. и считать его осужденным в части нанесения ударов кулаком за нанесением 3 - 4 ударов в лицо Ш.

В остальной части тот же приговор в отношении С. оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"