||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 27 декабря 2001 г. N 33-о01-72

 

Председательствующий: Королев О.А.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Лутова В.Н.

судей - Пелевина Н.П. и Куменкова А.В.

рассмотрела в судебном заседании от 27 декабря 2001 года дело по кассационным жалобам осужденных К., С., Т., У., адвокатов Козыревой М.С., Кузьмина С.В., Бабушкина Б.Э. на приговор Ленинградского областного суда от 9 июля 2001 года, по которому

К., <...>, русский, со средним специальным образованием, ранее не судимый, -

осужден по ст. 105 ч. 2 п. п. "б", "ж", "з" УК РФ к 15 годам лишения свободы, по ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г" УК РФ к 4 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 3 п. "в" УК РФ к 10 годам лишения свободы с конфискацией имущества, по ст. 222 ч. 4 УК РФ к 1 году лишения свободы, и на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно по совокупности преступлений ему назначено 17 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с конфискацией имущества;

С., <...>, русский, со средним образованием, ранее не судимый, -

осужден по ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "ж", "з" УК РФ к 9 годам лишения свободы,

по ст. 162 ч. 3 п. "в" УК РФ к 8 годам лишения свободы с конфискацией имущества, и на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно по совокупности преступлений ему назначено 10 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с конфискацией имущества;

Т., <...>, русский, с образованием 8 классов, ранее не судимый, -

осужден по ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "ж", "з" УК РФ к 13 годам лишения свободы,

по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "з", "н" УК РФ к 15 годам лишения свободы, по ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г" УК РФ к 4 годам лишения свободы, по ст. 161 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г" УК РФ к 6 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 3 п. "в" УК РФ к 11 годам лишения свободы с конфискацией имущества, по ст. 167 ч. 2 УК РФ к 3 годам лишения свободы, и на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно по совокупности преступлений ему назначено 18 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с конфискацией имущества;

У., <...>, русский, со средним образованием, судимый:

3 февраля 1999 года по ст. ст. 161 ч, 2 п. п. "а", "г", 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г" УК РФ с применением ст. 73 УК РФ к 4 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года, -

осужден по ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "ж", "з" УК РФ к 13 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 3 п. "в" УК РФ (по эпизоду в отношении Б.) к 11 годам лишения свободы с конфискацией имущества, и на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения данных наказаний по совокупности преступлений, совершенных до вынесения приговора от 3 февраля 1999 года, ему назначено 14 лет лишения свободы с конфискацией имущества;

по ст. 105 ч. 2 п. п. "б", "ж", "з", "н" УК РФ к 15 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 3 п. "в" УК РФ (по эпизодам в отношении Г. и Р.) к 12 годам лишения свободы с конфискацией имущества, по ст. 167 ч. 2 УК РФ к 4 годам лишения свободы, и на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения данных наказаний по совокупности преступлений, совершенных после вынесения приговора от 3 февраля 1999 года У. назначено 18 лет лишения свободы с конфискацией имущества;

на основании ст. ст. 74 ч. 5, 70 УК РФ отменено условное осуждение по приговору от 3 февраля 1999 года, частично присоединено неотбытое по нему наказание в виде 1 года лишения свободы, и по совокупности приговоров назначено 19 лет лишения свободы с конфискацией имущества;

на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, совершенных до и после вынесения приговора от 3 февраля 1999 года, окончательно У. назначено 20 лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима, с конфискацией имущества.

Постановлено взыскать в возмещение ущерба солидарно:

с С., Т., У. в пользу Б. 40000 рублей;

с К., Т. в пользу Т.Н. 28000 рублей, в пользу О. 8300 рублей, в пользу А. 3892 рубля;

с К., Т. и У. 990 рублей в пользу Выборгской городской овощной базы;

С Т. и У. в пользу Г.Г. 25000 рублей;

взыскать компенсацию морального вреда:

с С., Т. и У. в пользу Б. по 33000 рублей с каждого;

с К. 70000 рублей и У. 30000 рублей в пользу Р.;

с Т. и У. в пользу Г.Г. 100000 рублей;

солидарно с К., С., Т. и У. в доход государства 1454 рубля судебных издержек.

Заслушав доклад судьи Пелевина Н.П., объяснение адвоката Кузьмина С.В. по доводам жалобы, заключение прокурора Шинелевой Т.Н., полагавшей действия У. по эпизоду с Г. переквалифицировать на ст. 162 ч. 2 п. п. "а", "б" УК РФ со смягчением наказания, действия его и Т. со ст. 167 ч. 2 УК РФ на ст. 167 ч. 1 УК РФ, а в остальном приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

согласно приговору, осужденные признаны виновными в совершении следующих преступлений:

С., Т. и У. - в совершении в ночь на 8 декабря 1998 года разбойного нападения на Б., 1973 года рождения с применением предметов в качестве оружия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего насилия и причинением тяжкого вреда его здоровью, группой лиц по предварительному сговору, У. - также и неоднократно;

они же - в покушении на убийство Б., сопряженное с разбоем, группой лиц по предварительному сговору;

У. и Т. - в совершении в ночь на 15 мая 1999 года разбойного нападения на Г., 1966 года рождения группой лиц по предварительному сговору, с применением опасного для жизни и здоровья насилия, а Т. - и предметов в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также Т. - в совершении убийства Г., сопряженного с разбоем, неоднократно; уничтожении имущества путем поджога;

К. и Т. - в совершении в ночь на 28 июня 1999 года кражи личного имущества Т.Н. группой лиц по предварительному сговору, неоднократно, с незаконным проникновением в помещение и причинением значительного ущерба потерпевшему;

они же в совершении в июле 1999 года краж из помещений ООО "Лотос" и ООО "Элипс" группой лиц по предварительному сговору, неоднократно, с незаконным проникновением в помещения, а также кражи личных вещей А.;

К. и У. - в совершении в ночь на 23 июля 1999 года разбойного нападения на Выборгскую городскую овощебазу группой лиц по предварительному сговору, неоднократно, с незаконным проникновением в хранилище, с применением оружия и причинением тяжкого вреда здоровью Р., применением к нему насилия, опасного для жизни и здоровья, а также убийстве ими Р., 1949 года рождения в связи с осуществлением потерпевшим своей служебной деятельности, сопряженного с разбоем, группой лиц, а У. - и неоднократно;

Т. - в совершении открытого хищения чужого имущества с этой же базы, группой лиц по предварительному сговору, неоднократно, с незаконным проникновением в хранилище, с применением к Р. насилия, не опасного для жизни и здоровья;

К. - в незаконном, приобретении и ношении в июле 1999 года холодного оружия - самодельного охотничьего ножа.

Преступления совершены в г. Выборге Ленинградской области при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании Т., У., К. частично признали себя виновными в совершении преступлений в отношении Б. и по факту нападения на овощную базу, Т. и К. - полностью в совершении кражи у Т.Н., а в остальной части обвинения осужденные виновными себя не признали.

В кассационной жалобе осужденный К. указывает, что следователем к нему применялись недозволенные методы ведения следствия с целью повлиять на его ход в нужном направлении. Судом допущена неполнота и необъективность судебного следствия, он был лишен возможности предоставления доказательств в свою защиту. Обыск у него проведен с нарушением процессуальных норм, что судом не было проверено, дана неправильная оценка результатам исследования доказательств. Не дано оценки тому факту, что изъят был нож с другими отличительными признаками, который необоснованно признан орудием убийства при отсутствии на нем объективных следов причастности к преступлению. Не исследована надлежаще изъятая у него одежда на предмет установления на ней следов преступления. Судом не проверены его доводы о применении к нему на следствии физического и психического насилия для получения нужных показаний, показаниям допрошенных по этому факту свидетелей не дано критической оценки, а не заинтересованные в деле свидетели по его ходатайству не допрошены, и фактические обстоятельства дела остались не выясненными. Просит приговор отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней осужденный С. указывает, что с приговором не согласен полностью ввиду осуждения его не за фактически содеянное, и выводы приговора не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Были нарушены его процессуальные и конституционные права, в том числе, и право на защиту. На следствии к нему применялось физическое и психическое насилие, в результате чего он оговорил себя. Фактически он был лишь очевидцем совершения преступления, а не соучастником, другие осужденные дали ложные показания и оговорили его, а их правдивые показания в судебном заседании судом необоснованно отвергнуты. Его доводы в свою защиту проверены не были, несмотря на заявленные ходатайства. При назначении наказания не учтены данные о его личности и состоянии здоровья. Просит приговор отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение.

В кассационной жалобе и дополнении к ней осужденный Т. ссылается на допущенные в ходе судебного следствия многочисленные ошибки и нарушения закона, свидетельствующие о незаконности приговора. Суд осудил его по более тяжким нормам уголовного закона, по сравнению с фактически содеянным им. Приговор основан не на фактах, а на предположениях. При назначении ему наказания не приняты во внимание явка с повинной, наличие у него малолетнего ребенка и другие смягчающие наказание обстоятельства, просит пересмотреть дело и принять в отношении его справедливое решение.

В кассационной жалобе и дополнении к ней осужденный У. указывает на несогласие с приговором ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона. Считает, что в судебном заседании подтвержден лишь факт его участия в разбойном нападении на Б. и Р., который им и не оспаривается. Однако он оспаривает осуждение его за убийство, покушение на убийство и умышленное уничтожение чужого имущества, которых он не совершал, и доказательств вины в этом не имеется. Просит принять правильное и справедливое решение.

В кассационной жалобе и дополнении к ней адвокат Козырева М.С., считает, что судебное следствие проведено неполно и необъективно. В деле отсутствуют первичные документы бухгалтерской отчетности по факту хищения из ООО "Лотос" и ООО "Элипс", а также результаты инвентаризации, не установлена истинная стоимость похищенного. Не представлено документов о фактической стоимости автомашины, не раскрыта субъективная сторона преступления, за которое осужден К., по эпизоду обвинения по ст. 222 ч. 4 УК РФ не дано оценки тому, что у К. имелся нож с гравировкой, а в деле он значится без гравировки. Обыск и наложение ареста на имущество произведены в отсутствие осужденного. Не в полной мере выяснено его психическое состояние, для чего требовалось проведение стационарной судебно-психиатрической экспертизы. Просит приговор отменить в отношении К. и дело направить на новое судебное рассмотрение.

В кассационной жалобе и дополнении к ней адвокат Кузьмин С.В. считает приговор в отношении С. незаконным и необоснованным ввиду односторонности и неполноты предварительного и судебного следствия, несоответствия выводов суда в приговоре фактическим обстоятельствам дела, существенных нарушений уголовно-процессуального закона. Указывает на нарушение права С. на защиту, поскольку из 22 заявленных им ходатайств 21 судом отклонено, необоснованно отказано в проведении следственного эксперимента с участием осужденных и потерпевшего Б. Не принято надлежащих мер по проверке фактов применения недозволенных методов ведения следствия, полному ознакомлению осужденного со всеми материалами судебного следствия, по выяснению психического состояния потерпевшего Б., устранению или оценке противоречий в доказательствах. Судебное следствие проведено с явно выраженным обвинительным уклоном, с предпочтением доводам и позициям государственного обвинителя. Не дано критической оценки показаниям осужденных на следствии и их доводам о причинах самооговора в результате применения физического и психического насилия.

Приговор основан не на фактах, а на предположениях, при этом необоснованно сделан вывод о непротиворечивости доказательств, в частности по эпизоду с Б., о роли каждого из осужденных в содеянном. Допущены существенные нарушения при проведении опознания С., лишающие его доказательственного значения. Отказу осужденных от своих показаний в судебном заседании не дано никакой оценки. Некачественно проведены судебно-медицинские экспертизы, которые не дают ответов о механизме причинения Б. телесных повреждений, с учетом доводов осужденных, при этом на потерпевшего также было оказано давление государственным обвинителем. Не доказана причастность С. к сталкиванию потерпевшего с моста, неправильно применен к нему материальный закон при отсутствии у него прямого умысла на убийство потерпевшего, поскольку С. не должен нести ответственности за эксцесс других исполнителей. Вывод суда о его покушении на убийство является надуманным, а обвинение в разбое не основанным на доказательствах. Не установлено причинение Б. крупного ущерба, с учетом реальной стоимости автомашины. Не учтены положительные данные о личности С. и смягчающие наказание обстоятельства. Просит приговор в отношении С. изменить, переквалифицировать его действия на ст. 161 ч. 2 п. "д" УК РФ и наказание смягчить до минимального.

В кассационной жалобе адвокат Бабушкин Б.Э. указывает, что в отношении У. обстоятельства дела исследованы односторонне, в основу приговора положены показания оперативных работников милиции и сотрудников следственного изолятора, а доводы осужденных и адвокатов безмотивно отвергнуты, в том числе, о вызове свидетелей и проведении следственного эксперимента. Доводы У. о направленности на завладение автомашиной, а не на убийство водителя, подтверждаются доказательствами, не получившими оценки в приговоре. Его обвинение в разбойном нападении на Г. и уничтожении его автомашины построено только на явке осужденного с повинной, от которой он отказался в суде ввиду ее дачи под воздействием работников милиции. При признании умысла на завладение автомашиной не было смысла ее уничтожать, что ставит под сомнение явку с повинной. Не проверена принадлежность осужденному найденных на месте преступления очков ввиду несоответствия их размеров. Не дано оценки показаниям допрошенных в качестве свидетелей работников учреждения и содержащихся в нем лиц, которые не могут быть объективными и достоверными, по факту убийства Р. не доказан умысел на его убийство, поскольку У. хотел лишь оглушить его и убежать, не дано надлежащей оценки выводам судебно-медицинской экспертизы, согласно которым смерть потерпевшего могла наступить только от действий К. Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение.

В возражении на жалобы всех осужденных потерпевший Б. указывает на их необоснованность и просит оставить их без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия находит приговор в отношении всех осужденных подлежащим изменению.

Выводы суда о их виновности по каждому эпизоду преступлений основаны на исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательствах.

1. Эпизод разбойного нападения на Б. и покушения на его убийство.

Из показаний осужденного Т. в судебном заседании усматривается, что он действительно договаривался с У. об угоне автомашины ВАЗ-2105 для последующей ее продажи, а водителя хотели вывезти за город, чтобы не дать ему возможности своевременно обратиться в милицию. Когда гуляли по городу с У. и С., увидели указанную марку автомашины и решили угнать ее, о чем С. не знал. Втроем они сели в машину, в пути следования он накинул на шею водителю удавку с целью придушить его, но потерпевший порвал провод, и он схватил потерпевшего за голову. Выскочивший на улицу У. нанес потерпевшему несколько ударов, подавив его сопротивление. Потерпевшего уложили между передними сиденьями, он, Т., сел за руль и поехал к мосту, при этом У. держал голову потерпевшего, а С. - его ноги. На остановке потерпевшего У. вытащил на улицу. Что произошло на мосту, он не видел. Впоследствии данная автомашина была продана У.К.

Его показания в судебном заседании подтвердил осужденный У., который показал, что нож у него оказался случайно, другие осужденные об этом не знали, и этим ножом он нанес Б. удары в спину, когда в салоне машины его удерживал Т., а затем он, У., столкнул потерпевшего с моста в воду.

Осужденный С. в судебном заседании показал о действиях У. и Т. в отношении Б., однако отрицает свое участие в сговоре на убийство Б. и хищение его автомашины, указывает на неосведомленность об умысле других осужденных и отрицает свою причастность к содеянному.

Показаниям осужденных по данному эпизоду судом дана оценка в совокупности с другими доказательствами.

Из показаний потерпевшего Б. следует, что когда он подвозил на своей автомашине ранее незнакомых С., У. и Т., в указанном ими месте он остановился, и сидевшие сзади Т. или У. накинули ему на шею удавку, а сидевший на переднем сиденье С. стал удерживать его ноги, но он порвал удавку. Тогда его стали душить руками за шею, У. несколько раз ударил в спину ножом, после чего его уложили между передними сиденьями, при этом С. удерживал его ноги на переднем сиденье. Т. сел за руль, его привезли к мосту, вытащили из машины и столкнули в воду. Он притворился мертвым и находился в воде около 5 минут, пока осужденные не уехали.

Из акта судебно-медицинской экспертизы видно, что потерпевшему Б. были причинены множественные колото-резаные раны грудной клетки и поясничной области, проникающие в левую плевральную полость с повреждением левого легкого и диафрагмы, сопровождавшиеся левосторонним гемопневмотораксом, а также другие раны, заканчивающиеся слепо в мышцах поясничной области; телесные повреждения являются опасными для жизни в момент их причинения и квалифицируются, как тяжкий вред здоровью (т. 1 л.д. 111 - 115).

Согласно телефонограмме N 5428 от 8 декабря 1998 года, Б. обратился в больницу в 1 час 55 минут в тяжелом состоянии с ножевыми ранениями поясничной области (т. 1 л.д. 3).

Из протоколов осмотра места происшествия с участием осужденных С., Т. и У. следует, что они соответствуют показаниям потерпевшего Б. об обстоятельствах нападения, установленных в приговоре (т. 3 л.д. 6 - 11, 107 - 112, 154 - 158).

Из показаний свидетеля К.О. усматривается, что Т. сообщил ему, что отобрал за долги автомашину ВАЗ-2105 и в тот же период принес домой нож с красной ручкой из оргстекла, сказав что он из этой автомашины, что не отрицал осужденный Т. подтвердил потерпевший Б.

Свидетель Г.В. показал, что Т. предлагал У.К. помочь приобрести кузов для автомобиля, а через несколько дней Т. поставил в его гараж автомашину ВАЗ-2105 красного цвета, сказав, что купил ее. Документов на машину у него не было.

Свидетель У.К. показал, что Т. предлагал ему подобрать автомашину с хорошим кузовом, а в декабре 1998 года он вместе с Г.В. осматривал автомашину ВАЗ-2105 красного цвета, которую он купил у Т. без документов на машину, а затем отдал Б.З. для покраски кузова, что подтвердил и свидетель Б.З.

Факт выдачи У. указанной автомашины подтверждается протоколом выемки (т. 1 л.д. 82), а осмотром технического состояния автомашины подтвержден факт ее перекраски (т. 1 л.д. 83 - 87).

Потерпевший Б. опознал эту автомашину, как похищенную у него осужденными (т. 1 л.д. 88).

Из показаний осужденных У., Т. и С. следует, что они не оспаривали предварительного сговора на совершение данного преступления (т. 3 л.д. 22 - 24), и эти показания суд в приговоре мотивированно признал достоверными и допустимыми, дав оценку причинам изменения ими показаний в судебном заседании и указав, что эти показания получены в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, признав недостоверными доводы осужденных о получении этих показаний с применением недозволенных методов ведения следствия.

Прямой умысел на лишение жизни потерпевшего Б. в приговоре нашел полное и мотивированное обоснование, и выводы суда в этой части сомнений не вызывают.

Из протокола осмотра Сайменского моста, с которого был сброшен потерпевший Б. после причинения ему телесных повреждений, усматривается, что высота нижней балки моста от поверхности воды составляет 4 м, глубина протоки 2,5 м при незначительном течении (т. 1 л.д. 97 - 98), поэтому суд правильно пришел к выводу, что сбрасывание раненого потерпевшего с моста в воду, с учетом погодных условий, создавало реальную угрозу его жизни.

Из показаний осужденного Т. на предварительном следствии видно, что он фактически подтвердил приспособленность местности для сокрытия трупа, а осужденный С. показал, что мост Т. был выбран именно для сокрытия трупа, и он указывал дорогу к мосту (т. 3 л.д. 16).

2. Эпизод разбойного нападения на Г. и его убийства, а также умышленного уничтожения его имущества путем поджога.

Из показаний осужденных У. и Т. в судебном заседании, не признавших себя виновными по указанному эпизоду преступления, следует, что на следствии они дали признательные показания со слов работников милиции, которые применяли меры морального и физического давления на них.

Данные доводы осужденных получили в приговоре оценку в совокупности с другими доказательствами, при этом они мотивированно отвергнуты, как не подтвердившиеся.

Из показаний свидетеля С.В. усматривается, что он работал вольнонаемным в следственном изоляторе, и в его присутствии оперуполномоченный изолятора С.О. принимал от Т. явку с повинной. Никакого давления или принуждения в отношении Т. не было, он написал несколько заявлений явок с повинной, об обстоятельствах преступлений ему стало известно из данных заявлений.

Из показаний свидетеля Т.Н.А. видно, что в момент написания явки с повинной осужденным Т. он содержался с ним в одной камере, где также содержался Г.А. Ни он, ни Г.А. никакого насилия к Т. не применяли и не требовали от него написания явки с повинной по убийству Г. Лично ему вообще ничего не было известно об этом преступлении, никаких заданий от оперуполномоченных на разработку Т. по раскрытию преступлений ему не давалось.

Аналогичные показания дали свидетели Ш. и А.М., содержащиеся в этой камере в указанный период.

Судом дана оценка показаниям осужденных на предварительном следствии, которые также не свидетельствуют о применении к ним недозволенных методов при получении показаний.

Из протокола явки с повинной Т. следует, что он излагает в нем такие подробности, которые ему могли быть известны только лишь, как участнику преступления, при этом по его указанию обнаружены орудие преступления - молоток и место сожжения автомашины (т. 3 л.д. 159).

По тем же основаниям признана достоверной явка с повинной осужденного У. (т. 3 л.д. 114).

Обстоятельства, изложенные в явках с повинной У. и Т., соответствуют показаниям осужденных, которые ими даны после написания заявлений явок с повинной (т. 3 л.д. 115 - 116, 131, 137), и подтверждаются другими доказательствами.

Потерпевшая Г.Г. показала, что у ее мужа имелась автомашина ВАЗ-2101 белого цвета, в которой он возил молоток с деревянной ручкой, что соответствует показаниям осужденных об использовании его в качестве орудия преступления и его обнаружении в автомашине потерпевшего.

Из явки с повинной и протокола допроса К. на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании, усматривается, что в июле 1999 года от Т. и У. ему стало известно о совершенном ими убийстве мужчин на втором городском пляже, при этом они говорили, что взятым из машины молотком проломили ему череп (т. 3 л.д. 41 - 43).

Согласно протоколу осмотра места происшествия, труп потерпевшего Г. действительно был обнаружен в том месте и с теми характерными телесными повреждениями, о чем на предварительном следствии показывали осужденные. При осмотре места происшествия были обнаружены солнцезащитные очки (т. 1 л.д. 151 - 157), которые, со слов У. на следствии, он потерял во время борьбы с потерпевшим и которые он опознал, как принадлежащие ему (т. 3 л.д. 126).

Факт принадлежности данных очков У. в судебном заседании тщательно проверен, выводы суда в приговоре в этой части являются мотивированными.

Протоколом осмотра автомашины Г. подтверждено, что она обнаружена сгоревшей в районе очистных сооружений на Приморском шоссе г. Выборга, что соответствует показаниям осужденных на следствии (т. 3 л.д. 173 - 175), в том числе, данных ими в ходе осмотра места происшествия с их участием (т. 3 л.д. 117 - 125, 164 - 171).

Из акта судебно-медицинской экспертизы видно, что смерть Г. наступила от тупой открытой черепно-мозговой травмы височно-теменной области слева, возникшей от ударов тупым твердым предметом (т. 1 л.д. 205 - 207), а ее выводы дополняет медико-криминалистическое исследование в отношении потерпевшего (т. 1 л.д. 209 - 210).

3. Эпизод кражи имущества у Т.Н.

Осужденные Т. и К. в судебном заседании полностью признали себя виновными в хищении автомашины ВАЗ-2106 у потерпевшего Т.Н. и дали непротиворечивые показания об обстоятельствах кражи, соответствующие описательной части приговора, при этом Т. пояснил, что преступление совершено по его предложению.

Их показания соответствуют другим доказательствам, исследованным в судебном заседании.

Потерпевший Т.Н. подтвердил факт похищения у него автомашины ВАЗ-2106 стоимостью 35.000 рублей в ночь на 29 июня 1999 года из двора его дома.

Из показаний свидетеля Д. усматривается, что в июле 1999 года в его гараже Т. и его знакомый занимались разборкой автомашины ВАЗ-2106 зеленого цвета.

Свидетель М. показал, что он видел указанную автомашину на дачном участке в разобранном виде. Часть запчастей с этой автомашины Т. передал ему в счет погашения долга, а свидетель Т.Д. также подтвердил факт покупки у Т. запчастей, с указанной автомашины.

Осужденный Т. не отрицал продажу свидетелям запчастей от похищенной у Т.Н. автомашины.

Их показания объективно подтверждаются протоколами изъятия и добровольной выдачи свидетелями купленных у Т. запчастей, а также их опознания потерпевшим Т.Н. (т. 2 л.д. 22, 32, 33, 40, 41).

4. Эпизоды тайного хищения имущества из помещений ООО "Лотос" и ООО "Элипс".

Несмотря на непризнание вины осужденными К. и Т. в судебном заседании по данным эпизодам преступлений, суд обосновал их виновность исследованными в судебном заседании доказательствами, мотивированно отвергнув доводы осужденных о применении к ним на следствии недозволенных методов.

Из показаний осужденных Т. и К. на предварительном следствии следует, что в начале июля 1999 года путем взлома оконной решетки они проникли в помещение ООО "Лотос", откуда похитили различные вещи, которые принесли в квартиру, где они вместе проживали. Дня через три они вдвоем проникли в мастерскую ООО "Элипс" и похитили различные электроинструменты, которые затем продали В. (т. 3 л.д. 63, 65, 69 - 70, 84, 182 - 183, 188 - 189, 195, 202).

Данные показания осужденный К. подтвердил и при осмотре места происшествия в помещениях ООО "Лотос" и "Элипс" с его участием (т. 3 л.д. 71 - 72).

Приведенные показания осужденных не противоречат другим доказательствам по данному эпизоду.

Из показаний потерпевшей О. усматривается, что в июле 1999 года в помещение ООО "Элипс" было совершено проникновение, и были похищены электроинструменты и деньги в сумме 300 рублей, а всего на сумму 8300 рублей.

Официально размер причиненного ущерба подтверждается соответствующей справкой (т. 2 л.д. 78).

Факт хищения имущества из ООО "Лотос" в июле 1999 года на общую сумму 3.892 рубля подтверждается заявлением потерпевшего А. (т. 2 л.д. 55) и соответствующей справкой о размере ущерба (т. 2 л.д. 56).

Из протокола опознания на следствии видно, что потерпевший А. опознал изъятый в квартире К. охотничий нож, как похищенный из ООО "Лотос" (т. 2 л.д. 65, 148).

Причинам изменения осужденными показаний в судебном заседании в приговоре дана соответствующая оценка, и они мотивированно признаны недостоверными, в отличие от их показаний на предварительном следствии.

5. Эпизоды убийства Р., разбойного нападения на Выборгскую городскую овощебазу и совершения Т. грабежа во время указанного нападения.

Из показаний осужденного К. в судебном заседании следует, что с У. и Т. они заранее договаривались на совершение кражи из склада овощебазы, а нож он взял для технического использования при проникновении в склад, для этой же цели они взяли и монтировку. Зная о присутствии на базе сторожа, он остался снаружи, чтобы предупредить о возможной опасности. При появлении сторожа они намеревались скрыться, после Т. и У. проникли внутрь склада. Заметив нетрезвого Р., он через окно предупредил об этом других осужденных. Р., заметив его, подошел и схватил за одежду, и они стали бороться. Он выхватил из рукава нож и дважды ударил им Р. в грудь, потерпевший схватился за клинок, но он выдернул нож, и потерпевший упал, удерживая его за ногу. В это время подбежал У., нанес Р. два удара монтировкой, после чего убежал, а потерпевший прекратил сопротивление. Он, К., еще раз ударил его ножом в спину, оттащил в сторону и нанес еще удар ножом по шее. Вымыв нож и руки, он догнал Т. и У., у которых было два мешка с паштетом. О том, что Р. являлся сторожем, он не знал, а лишь догадывался об этом.

Из показаний осужденного У. в судебном заседании видно, что он не признал себя виновным в убийстве Р., а в части совершения разбойного нападения дал показания, аналогичные показаниям осужденного К. При этом пояснил, что, нанося потерпевшему удары монтировкой, он хотел лишь оглушить его и помочь К., умысла на убийство потерпевшего не имел.

Показания осужденных К. и У. соответствуют показаниям осужденного Т. в судебном заседании.

Суд в приговоре показаниям осужденных дал надлежащую оценку в совокупности с другими доказательствами.

Из показаний потерпевшего П. следует, что в ночь на 23 июля 1999 года на территории овощной базы был убит сторож Р., и было совершено проникновение в склад N 9 путем выставления стекла и разлома кирпичной кладки, откуда похищено 180 банок шпротного паштета на общую сумму 990 рублей.

Осужденные подтвердили достоверность показаний П. в полном объеме, а сумма похищенного объективно подтверждена соответствующей справкой Выборгской овощной базы (т. 2 л.д. 158, 160).

Копиями служебных документов подтвержден факт нахождения Р. в ночь на 23 июля 1999 года на дежурстве в качестве сторожа овощной базы (т. 2 л.д. 162 - 166).

Протоколом осмотра места происшествия подтверждены место и способ проникновения в складское помещение базы и факт обнаружения трупа Р. с характерными признаками насильственной смерти (т. 2 л.д. 100 - 129).

Из акта дактилоскопической экспертизы усматривается, что на изъятых при осмотре места происшествия предметах обнаружены следы пальцев рук, оставленные безымянным и средним пальцами левой руки осужденного Т. (т. 2 л.д. 223 - 225).

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, смерть Р. наступила от множественных проникающих колото-резаных и резаных ранений тела с повреждением внутренних органов, осложнившихся острой кровопотерей и аспирацией (т. 2 л.д. 169 - 188).

Из протокола обыска в квартире К. усматривается, что там были обнаружены и изъяты 23 банки шпротного паштета, одежда со следами крови, монтировка и охотничий нож (т. 2 л.д. 148).

Из заключения судебно-медицинского эксперта следует, что индивидуальные признаки ушибленной раны лба Р. свидетельствуют о причинении ее указанной монтировкой (т. 2 л.д. 190 - 192).

Согласно выводам судебно-биологической экспертизы, на спортивных брюках К. обнаружена кровь человека, принадлежность которой Р. не исключается (т. 2 л.д. 209 - 220), а на ноже обнаружены следы крови (т. 2 л.д. 218).

На предварительном следствии У. последовательно утверждал, что К. наносил ножом удары потерпевшему (т. 3 л.д. 91 - 92, 94, 102 - 103).

6. Факт незаконного приобретения и ношения К. холодного оружия.

В связи с отказом осужденного К. от дачи показаний по данному эпизоду в судебном заседании суд исследовал его показания на предварительном следствии.

Из этих показаний следует, что совместно с Т. из помещения ООО "Лотос" они похитили нож, которым затем он совершил убийство сторожа Р. (т. 3 л.д. 70).

В приговоре данные показания К. получили надлежащую оценку в совокупности с другими доказательствами.

Из показаний осужденного Т. на предварительном следствии, оглашенных в судебном заседании, усматривается, что в помещении ООО "Лотос" он нашел нож и передал его К., который принес его домой. Он видел, как К. смывал с этого ножа кровь (т. 3 л.д. 202).

Согласно протоколу обыска, из квартиры, где проживал К., был изъят нож, который опознан А., как похищенный из ООО "Лотос" (т. 2 л.д. 65, 148).

Из акта судебно-биологической экспертизы видно, что на указанном выше ноже обнаружена кровь (т. 2 л.д. 218).

По заключению эксперта-криминалиста, указанный выше нож является холодным колюще-режущим оружием, изготовленным самодельным способом по типу охотничьих ножей общего назначения.

Приведенные выше показания по каждому эпизоду преступной деятельности осужденных получили в приговоре полную и мотивированную оценку и обоснованно признаны допустимыми и достаточными для подтверждения виновности каждого из них.

При таких обстоятельствах является правильной, обоснованной и мотивированной юридическая квалификация действий К. по ст. ст. 105 ч. 2 п. п. "б", "ж", "з", 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г", 162 ч. 3 п. "в", 222 ч. 4 УК РФ, С. по ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "ж", "з", 162 ч. 3 п. "в" УК РФ, Т. по ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "ж", "з", 105 ч. 2 п. п. "ж", "з", "н", 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г", 161 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г", 162 ч. 3 п. "в", 167 ч. 2 УК РФ, У. по ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "ж", "з", 162 ч. 3 п. "в" УК РФ.

Доводы осужденных и адвокатов в жалобах о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, в том числе нарушения права на защиту, применение недозволенных методов ведения следствия, нарушении норм процесса при собирании доказательств, повлиявших на полноту и объективность исследования доказательств и правильное установление фактических обстоятельств дела и роли каждого из осужденных в содеянном, не соответствуют имеющимся в деле данным и мотивированным выводам суда в приговоре, где указанные доводы получили полную оценку.

Несостоятельными являются и доводы адвокатов и осужденных в жалобах о некачественности заключений экспертов, неустановлении ножа, которым фактически причинены телесные повреждения, и недоказанности принадлежности У. изъятых с места происшествия очков, поскольку на эти доводы в приговоре также содержатся мотивированные ответы, не вызывающие сомнения в их обоснованности.

Размер причиненного ущерба по делу установлен правильно, вопреки доводам жалобы адвоката Бабушкина, и в приговоре обоснован.

Психическое состояние осужденных выяснено достаточно полно и объективно, а оснований в выяснении психического состояния потерпевшего Б., на что ссылается в жалобе адвокат Кузьмин, не имелось.

Таким образом, на все доводы кассационных жалоб в приговоре фактически даны полные и мотивированные ответы.

Наказание каждому из осужденных назначено с учетом содеянного, данных о их личностях и не свидетельствует о его чрезмерной суровости.

Оснований для удовлетворения жалоб по их доводами не имеется.

Вместе с тем, приговор в части солидарного взыскания с осужденных 1454 рублей судебных издержек подлежит отмене, поскольку судебные издержки подлежат взысканию только в долевом, а не солидарном порядке.

Кроме того, суд необоснованно не зачел У. в срок наказания время содержания под стражей с 9 апреля 1997 года по 10 марта 1998 года по приговору от 3.02.1999 года, которое подлежит зачету.

Ввиду изложенного и руководствуясь ст. ст. 332, 339 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Ленинградского областного суда от 9 июля 2001 года в отношении К., С., Т. и У. в части солидарного взыскания с них в доход государства 1454 рублей судебных издержек отменить, дело в этой части направить на рассмотрение в порядке ст. ст. 368, 369 УПК РСФСР в тот же суд.

Тот же приговор в отношении У. изменить, зачесть ему в срок наказания по настоящему приговору время содержания его под стражей по приговору от 3 февраля 1999 года в период с 9 апреля 1997 года по 10 марта 1998 года.

В остальном приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"