||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 17 декабря 2001 года

 

Дело N 48-о01-165

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                          Свиридова Ю.А.,

    судей                                         Червоткина А.С.,

                                                       Коваля В.С.

 

рассмотрела в судебном заседании 17 декабря 2001 года дело по кассационным жалобам осужденных П., У., Ш., П.К., В., Н., адвокатов Мостовова А.К. и Гавриловой О.А. на приговор Челябинского областного суда от 2 июля 2001 года, по которому

П., <...>, несудимый, -

осужден к лишению свободы по:

ст. 209 ч. 1 УК РФ на двенадцать лет;

ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "з", "н" УК РФ на четырнадцать лет;

ст. 150 ч. 4 УК РФ на шесть лет;

ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г" УК РФ на пять лет;

ст. 158 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на шесть лет;

ст. 161 ч. 3 п. "а" УК РФ на семь лет с конфискацией имущества;

ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б", "в" УК РФ на десять лет с конфискацией имущества;

ст. 167 ч. 1 УК РФ на один год;

ст. 222 ч. 1 УК РФ на два года;

ст. 222 ч. 3 УК РФ на пять лет

ст. 226 ч. 3 п. "б" УК РФ на пять лет;

ст. 226 ч. 4 п. п. "а", "б" УК РФ на девять лет с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначено двадцать два года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества.

Он же по ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "ж", "з", "н" УК РФ оправдан за отсутствием состава преступления.

У., <...>, несудимый, -

осужден к лишению свободы по:

ст. 209 ч. 2 УК РФ на десять лет;

ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "з" УК РФ на десять лет;

ст. 150 ч. 4 УК РФ на пять лет;

ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г" УК РФ на три года;

ст. 161 ч. 3 п. "а" УК РФ на семь лет с конфискацией имущества;

ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б", "в" УК РФ на десять лет с конфискацией имущества;

ст. 167 ч. 1 УК РФ на один год;

ст. 222 ч. 3 УК РФ на пять лет

ст. 226 ч. 4 п. п. "а", "б" УК РФ на восемь лет с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначено двадцать лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества.

Он же по ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "ж", "з", 222 ч. 4 УК РФ оправдан за отсутствием состава преступления.

Ш., <...>, несудимый, -

осужден к лишению свободы по:

ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "з" УК РФ на семь лет шесть месяцев;

ст. 158 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на шесть лет;

ст. 161 ч. 3 п. "а" УК РФ на шесть лет;

ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б", "в" УК РФ на семь лет шесть месяцев.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначено девять лет лишения свободы в воспитательной колонии.

Он же по ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "ж", "з", "н" УК РФ оправдан за отсутствием состава преступления.

П.К., <...>, несудимый, -

осужден к лишению свободы по:

ст. 161 ч. 3 п. "а" УК РФ на шесть лет с конфискацией имущества;

ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на восемь лет с конфискацией имущества;

ст. 226 ч. 4 п. п. "а", "б" УК РФ на восемь лет с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначено восемь лет шесть месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества.

Он же по ст. 209 ч. 2 УК РФ УК РФ оправдан за отсутствием состава преступления.

В., <...>, судимый

1). 25.01.1996 по ст. ст. 144 ч. 2, 206 ч. 2, 46-1 УК РСФСР к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора на 2 года;

2). 23.05.1997 по ст. ст. 161 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г", "д", 70 УК РФ к 3 годам 2 месяцам лишения свободы, освобожден 04.06.1999 по отбытии наказания, -

осужден к лишению свободы по:

ст. 209 ч. 2 УК РФ на восемь лет;

ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. "з" УК РФ на девять лет;

ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ на девять лет с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначено одиннадцать лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества.

Он же по ст. 150 ч. 4 УК РФ оправдан за отсутствием состава преступления.

Н., <...>, судимый

1). 06.05.1993 по ст. ст. 144 ч. 2, 46-1 УК РСФСР к 2 годам лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора на 2 года;

2). 03.10.1996 по ст. ст. 146 ч. 1, 41 УК РСФСР к 4 годам лишения свободы, освобожден 13.11.1997 по отбытии наказания,

- осужден к лишению свободы по:

ст. 209 ч. 2 УК РФ на одиннадцать лет шесть месяцев;

ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на одиннадцать лет шесть месяцев с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначено пятнадцать лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима с конфискацией имущества.

К., <...>, судимый

1). 16.04.1997 по ст. ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "в", 73 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года;

2). 07.12.1998 по ст. ст. 213 ч. 1, 70, 73 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, -

осужден к лишению свободы по:

ст. 161 ч. 2 п. п. "а", "в", "г" УК РФ на четыре года;

ст. 167 ч. 1 УК РФ на один год.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначено четыре года шесть месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима с применением принудительного лечения от алкоголизма.

По этому же делу осуждены П.А. и Ю., приговор в отношении которых не обжалован и не опротестован.

В отношении К. приговор проверяется, в порядке, предусмотренном ст. 332 УПК РСФСР.

По делу разрешены гражданские иски.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Червоткина А.С., выступление адвокатов Мостовова А.К. и Гавриловой О.А., объяснения осужденных П., В. и Н., подтвердивших доводы своих кассационных жалоб, заключение прокурора Хорлиной И.О. о необходимости отмены приговора в части осуждения П., У. и К. по ст. 167 ч. 1 УК РФ за отсутствием состава преступления, Судебная коллегия

 

установила:

 

П. признан виновным в создании банды и руководстве ею.

Он же, а также У., В. и Н. - в участии в банде и совершенных ею нападениях.

Все они, также П.К. и Ш. признаны виновными в совершении разбоя в составе организованной группы; в целях завладения имуществом в крупном размере (за исключением В.); П., У., Ш. и В. - с причинением тяжкого вреда здоровью.

П., У. и Ш. признаны виновными в совершении убийства организованной группой, сопряженного с бандитизмом, П. - неоднократно, а В. - в совершении покушения на убийство, сопряженного с разбоем и бандитизмом.

П., У., Ш. и П.К. признаны виновными в совершении грабежа организованной группой.

П. и Ш. признаны виновными в совершении кражи чужого имущества в составе организованной группы в целях завладения имуществом в крупном размере. П. и У. также в совершении краж чужого имущества неоднократно, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба гражданину.

П., У. и П.К. признаны виновными в хищении боеприпасов и оружия в составе организованной группы, с угрозой и применением насилия, опасного для жизни и здоровья, П., кроме того, неоднократно.

Кроме того: П., У. и К. признаны виновными в умышленном уничтожении чужого имущества, повлекшем причинение значительного ущерба; П. и У. - в вовлечении несовершеннолетнего Ш. в преступную группу и совершение тяжкого и особо тяжкого преступления, а также в незаконном приобретении, ношении, хранении, перевозке огнестрельного оружия и боеприпасов в составе организованной группы; П. в незаконном хранении, перевозке и ношении охотничьего ружья.

Преступления совершены ими в периоде января 1999 года по май 2000 года в Челябинской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В суде осужденные П., У., Ш., П.К., В. и Н. и К. вину признали частично.

В кассационных жалобах:

осужденный П. просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение, указывая, что оно фальсифицировано органами следствия, предварительное расследование проведено с грубыми нарушениями процессуального закона, осужденные оговорили себя и друг друга под воздействием недозволенных методов следствия, он был лишен возможности ознакомиться со всеми материалами дела, в отношении него не была проведена стационарная судебно-психиатрическая экспертиза. Утверждает, что убийств он не совершал, банду не организовывал и в ней не участвовал, похищенное У. у П.Т. оружия не видел, поэтому по ст. 226 ч. 4 осужден необоснованно.

Адвокат Мостовов А.К. в защиту интересов осужденного П., а также осужденный П. в своей дополнительной жалобе, просят внести изменения в приговор. Отменить его с прекращением производства по делу: в части осуждения П. по ст. 209 ч. 1 УК РФ, по эпизоду кражи у Л.О., по эпизоду разбойного нападения на Д-ных - за недоказанностью; по ст. 167 ч. 1 УК РФ, так как не установлен значительный размер уничтоженного имущества (разбитого стекла). Приговор в части осуждения П. за убийство К-ва и П-ко постановлен на показаниях осужденных, полученных от них в ходе предварительного следствия путем применения незаконных методов ведения допросов, не подтвержденных другими доказательствами, и, по мнению авторов жалоб, подлежит отмене с прекращением производства по делу за отсутствием состава преступления, так же, как и по обвинению по ст. 150 ч. 4 УК РФ, поскольку П. никаких действий, направленных на вовлечение Ш. в совершение преступлений не совершал, тот шел на преступления добровольно. Действия П. по завладению имуществом Т.Л. подлежит переквалификации со ст. 162 ч. 3 на ст. 161 ч. 2 УК РФ, поскольку нападавшими не применялось угроз или насилия, опасного для жизни потерпевшей.

Осужденный У. в кассационной жалобе и дополнениях к ней просит об отмене приговора с направлением дела на новое рассмотрение или смягчить назначенное наказание, указывая на то, что приговор постановлен на показаниях его и других осужденных, данных в ходе предварительного следствия, оговоривших себя под влиянием недозволенных методов расследования. По эпизоду кражи у С.А. он лишь подвез П., П.А. и Ю. за какими-то вещами, сам из машины не выходил, не знал о совершении этой кражи, так же, как и кражи у А-ва. По эпизодам завладения имуществом А., из детского сада N 174, П.Р., С.М., Н.Н., М-ва он лишь подвозил других лиц по их просьбе, из машины не выходил, в квартиры потерпевших не заходил, его действия могут быть расценены лишь как кража или грабеж, но не разбой, в нападении на Д-ных - не участвовал. О нападении на Т.А., о грабеже в киоске СТО не знал. По эпизоду нападения на офис "Лучик", и на П.Т. его действия следует квалифицировать как грабеж. Участия в убийстве П-ко он не принимал, а лишь помог вывезти и укрыть ее труп. Оружие выдал добровольно, о несовершеннолетнем возрасте Ш. не знал, участником банды не являлся.

Осужденный Ш. в своей жалобе и дополнении к ней просит приговор в части его осуждения за убийство П-ко отменить, так как он участия в его совершении не принимал и в материалах дела этому нет никаких доказательств.

Осужденный П.К. и адвокат Гаврилова О.А. в защиту его интересов просят приговор в его отношении в части осуждения по ст. ст. 161 ч. 3 п. "а" и ст. 226 ч. 4 п. п. "а", "б" УК РФ отменить с прекращением производства по делу, а в части осуждения по ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ переквалифицировать на ст. ст. 33 ч. 5, 162 ч. 3 п. "б" УК РФ и снизить наказание, указывая на то, что его виновность в совершении грабежа киоска ИП "Волков" не доказана, П. и У. от своих показаний, данных в ходе предварительного следствия, уличающих П.К., отказались, а опознание его Ш.М. было проведено с нарушением закона. По эпизоду разбойного нападения на П.Т. П.К. непосредственного участия в нападении не принимал, оставался в машине, о том, что участвует в нападении в составе организованной группы не осознавал, поэтому может быть признан лишь пособником в совершении разбоя. При этом П.К. не знал о похищении П. и У. у П.Т. оружия и необоснованно осужден за его хищение.

Осужденный В. в своей жалобе и дополнениях к ней выражает несогласие с осуждением его за покушение на убийство и участие в банде, полагает, что должен нести ответственность по ст. 111 УК РФ и за разбойное нападение на Н.Н., поскольку он активным участником банды не являлся.

При ознакомлении с материалами дела по окончании предварительного следствия в томе N 14 было 248 страниц, а в судебном заседании выяснилось, что в нем 321 страница, в ходе предварительного следствия и судебного заседания были допущены и другие нарушения, показания ряда свидетелей были оглашены без их явки в суд.

Осужденный Н. в кассационной жалобе и дополнениях к ней просит приговор отменить с направлением дела на новое расследование или изменить со снижением назначенного наказания и режима его отбывания, указывая на то, что показания в ходе предварительного следствия он давал под давлением работников милиции, без адвоката. Нападения на потерпевших Д-ных он не совершал, по эпизоду нападения на центр "Лучик" его действия должны быть расценены как грабеж, так как он опасного для жизни насилия не применял и угроз не высказывал. В составе группы он совершил только одно преступление, оружия не имел и не может быть признан участником банды. В ходе предварительного следствия и судебного заседания существенно нарушался уголовно-процессуальный закон.

В возражениях на кассационные жалобы потерпевшие Д.С., К.Л., Л.О. и Н.Н. просят оставить приговор без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия пришла к следующему решению.

Вина осужденных П., У., Ш., П.К., В. и Н. в содеянном подтверждается показаниями потерпевших С.А., М., А., П.Р., Л.А., С.М., Н.Н.Н., Д., Д.Л., И., Т.А., П.Т., П.Т.М., М.О., Ш.М. и других, свидетелей З.А., У.С., Панферовой М.Н., Е.Н., А.Н., К.И., В.А., У.Т., К.А. и других, заключениями судебно-медицинских, баллистических, и других экспертиз, протоколами осмотра места происшествия, выемки, опознания, обыска.

Как следует из материалов дела и бесспорно установлено судом, П. в январе 2000 года создал устойчивую вооруженную группу, в которую вошли его знакомые У. и Г. (освобожденный от уголовной ответственности в связи с невменяемостью), а впоследствии вовлек в нее В., Н., и несовершеннолетнего Ш. и руководил ею.

На вооружении у членов банды имелось различного рода оружие, изъятое в ходе следствия, с применением которого, а также масок, электрошокового устройства, они совершили ряд разбойных нападений на потерпевших.

Доводы кассационных жалоб о фальсификации материалов и, вследствие этого, незаконном осуждении не могут быть признаны состоятельными.

На предварительном следствии осужденные П., У., Ш., П.К., В., Н., К., П.А. и Ю., дополняя друг друга, дали подробные показания об обстоятельствах совершения преступлений, в которых принимали участие.

Впоследствии они изменили свои показания, ссылаясь на то, что они были даны под воздействием незаконных методов следствия.

Однако с такими доводами согласиться нельзя, так как показания их были получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и положений ст. 51 Конституции РФ.

Кроме того, их показания на предварительном следствии, использованные судом в качестве доказательств для постановления обвинительного приговора, подтверждаются показаниями потерпевших, свидетелей и совокупностью других доказательств, тщательно исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре.

В ходе предварительного следствия в квартирах осужденных, в том числе и П., их родственников и знакомых была изъята часть похищенных предметов, которые были опознаны потерпевшими М., Л.А., Т.Л., Н.Н.

Так, из квартиры У. были изъяты: видеокамера "Хитачи", принадлежащая М., магнитофон "Сони", принадлежащий Т.Л., мужская дубленка "Пилот", пылесос "Ракета" и другое имущество, похищенное из детского центра "Лучик", фотоаппарат "Кодак", кольца, серьги и другое имущество, похищенное у П.Т., он же добровольно выдал газовый пистолет "Вальтер", похищенный у П.Т., в его машине были обнаружены продукты, похищенные из коммерческого киоска; из квартиры П. были изъяты часы "Луч", принадлежащие М., видеокамера "Панасоник" и другое имущество, похищенное у П.Т., из квартиры его сестры Е.Н. - магнитофон "Филипс", похищенный из детского центра "Лучик"; из квартиры Г. были изъяты фотоаппарат "Полароид", принадлежащий П.Р., три кастрюли, похищенные из детского учреждения N 174: у П.К. были изъяты 3 газовые зажигалки, а также сигареты, похищенные из коммерческого киоска.

Потерпевшим Н.Н. был выдан пистолет с патронами, отобранный им во время разбойного нападения у П., по заключению эксперта этот пистолет является ручным, гладкоствольным, многозарядным автоматическим огнестрельным оружием, переделанным из газового пистолета, а находившиеся в нем патроны к пистолетам ПМ и Стечкина - боеприпасами (т. 9 л.д. 125 - 128). В ходе обыска в квартире У. был изъят газовый пистолет "Олимпик-6" итальянского производства, в ходе личного обыска - огнестрельный пистолет "Сэведж" и патроны калибра 7,62 мм.

По заключению судебно-медицинских экспертиз потерпевшим П.Р., И., Т.А. в результате разбойных нападений причинен легкий вред здоровью, а Н.Н. - 4 колото-резаных ранения, относящиеся к категории тяжкого вреда здоровью.

При таких обстоятельствах не имеется каких-либо оснований не доверять потерпевшим, показания которых соответствуют протоколам осмотра мест происшествий, другим объективным доказательствам, а также свидетелям, показания которых были оглашены в судебном заседании в соответствии с законом, поскольку они отсутствовали по причинам, исключающим их явку в суд.

Доводы осужденного У. о том, что он лишь подвозил нападавших к местам совершения разбоев и грабежей, сам оставался в машине и преступлений не совершал, не могут быть признаны обоснованными. Как видно из показаний осужденных П., Ш. и самого У., они в составе организованной группы заранее подбирали объекты нападения, планировали эти нападения, распределяли между собой роли. Поэтому тот факт, что в ряде случаев У. непосредственного участия в нападениях на потерпевших, в том числе и в нападении на Т.А., не принимал, не может повлиять на квалификацию его действий как совершения разбоев и грабежей в составе организованной группы.

Доводы осужденных У. и Н. о том, что по эпизоду нападения на сторожа в детском центре "Лучик" их действия подлежат квалификации как грабеж, а не разбой, опровергаются показаниями потерпевшего И. о том, что нападавшие применяли к нему насилие - толкали, били по лицу, бросили на диван, в результате чего он получил ушибы и кровоподтеки на лице. По заключению судебно-медицинской экспертизы (т. 10 л.д. 47 - 48) ему причинены ушибы головы, кровоподтеки лица, относящиеся к категории легкого вреда здоровью, что само по себе дает основания для квалификации действий виновных как разбой, а не грабеж.

Доводы осужденного У. о том, что его действия по завладению имуществом П.Т. должно квалифицироваться как грабеж, а также изложенные в кассационной жалобе адвоката Гавриловой О.А. доводы о том, что П.К. должен нести ответственность лишь за пособничество в разбойном нападении на потерпевшую вне организованной группы, опровергаются материалами дела.

Из показаний, данных в ходе предварительного следствия осужденными П. и У., а также свидетеля В.А. следует, что П., У., П.К. и неустановленное лицо заранее договорились о совершении нападения на П.Т., приготовили маски, перчатки, отвертку, липкую ленту, пистолет, все это в машине видели все, в том числе и П.К. В квартире, как видно из показаний П. и У., а также потерпевшей П.Т., У. угрожал потерпевшей пистолетом, а П. приставлял ей к горлу нож. Пистолет "Сэведж", которым У. угрожал потерпевшей, впоследствии у него был изъят.

Таким образом, П., У. и П.К. заранее спланировав это разбойное нападение, распределили между собой роли и полностью реализовали свой умысел. Поэтому все они обоснованно осуждены за совершение разбоя организованной группой.

В то же время доводы адвоката Гавриловой О.А. о невиновности П.К. в совершении хищения у П.Т. оружия и боеприпасов являются обоснованными.

Как видно из перечисленных выше доказательств, нападавшие не знали о наличии у П.Т. оружия и боеприпасов, заранее не договаривались об их хищении. Показания П.К. о том, что и после возвращения из квартиры потерпевшей ему никто не говорил о хищении оружия и боеприпасов, не опровергнуты. Изъято все это было впоследствии у У.

При таких обстоятельствах приговор в части осуждения П.К. по ст. 226 ч. 4 п. п. "а", "б" УК РФ подлежит отмене с прекращением производства по делу за отсутствием состава преступления.

Кроме того, в статье 226 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за хищение только огнестрельного оружия и боеприпасов. Из материалов дела же следует, что в квартире П.Т. П. и У. наряду с боеприпасами - 8 патронами калибра 7,62 мм к огнестрельному оружию, были похищены газовый пистолет "Вальтер" и патроны к газовому пистолету. Причем У. по ст. 222 ч. 4 УК РФ оправдан в связи с добровольной выдачей им этого газового пистолета.

При таких обстоятельствах приговор в отношении П. и У. подлежит изменению, из их осуждения по ст. 226 ч. 4 п. п. "а", "б" подлежит исключению хищение газового пистолета "Вальтер" и 8 патронов к нему. Доводы осужденного П. о том, что он не знал о хищении У. боеприпасов, опровергаются показаниями П. и У. в ходе предварительного следствия о том, что П. видел, как У. похищал боеприпасы.

Изложенные в кассационных жалобах осужденных У. и Н., адвоката Мостовова А.К. доводы о том, что никто из осужденных по этому эпизоду не участвовал в разбойном нападении на Д-ных, опровергаются подробными показаниями осужденных П., У. и Н., данными ими в ходе предварительного следствия об обстоятельствах совершения этого преступления, подтвержденными показаниями потерпевших Д. и Д.Л., заключениями экспертиз о причинении Д.Л. кровоподтеков на лице, об обнаружении на фрагменте липкой ленты крови, которая может принадлежать потерпевшим.

Доводы осужденных П.К. о том, что он не принимал участия в открытом хищении имущества из коммерческого киоска ИП "Волков", а осужденного У. о том, что он лишь подвозил осужденных к киоску, не зная об их намерениях также несостоятельны.

Из показаний осужденных П. и У. в ходе предварительного следствия следует, что они и П.К. заранее договорились ограбить киоск. П. и П.К. взломали двери в киоск, проникли туда, велели продавцу сидеть тихо, забрали товары и погрузили в машину, в которой их ожидал У. При этом П. показывал, что У. видел, как он ломал дверь.

Эти показания осужденных подтверждены показаниями потерпевшей Ш.М., опознавшей с соблюдением требований уголовно-процессуального закона П.К. как одного из нападавших, протоколами обысков, в ходе которых была изъята часть похищенного, которое опознал потерпевший В-в.

Действиям всех осужденных за разбойные нападения и грабежи судом дана надлежащая правовая оценка, их действия квалифицированы правильно, за исключением эпизода разбойного нападения с целью завладения имуществом Т.Л.

П., У. и Ш. осуждены за совершение в составе организованной группы с участием невменяемого Г. разбойного нападения с целью завладения имуществом Т.Л. При этом согласно предварительной договоренности У. остался в автомобиле, а П., Ш. и Г. ворвались в квартиру. Г. несколько раз воздействовал на находившуюся в квартире С.М. электрошоковым устройством, затем нападавшие связали ее липкой лентой и завладели имуществом на сумму 24560 рублей.

Из показаний потерпевшей С.М. следует, что она испытывала боль в правом боку от неизвестного ей воздействия, после чего ее связали.

Из материалов дела видно, что какого-либо вреда здоровью потерпевшей причинено не было. Электрошоковое устройство не найдено, его свойства с точки зрения опасности для жизни и здоровья человека не установлены. Угроз, опасных для жизни или здоровья потерпевшей, нападавшие не высказывали.

При таких обстоятельствах действия П., У. и Ш. по данному эпизоду подлежат переквалификации со ст. 162 ч. 3 п. "а" на ст. 161 ч. 3 п. "а" УК РФ как грабеж, совершенный организованной группой.

Доводы осужденного В. о том, что, нанося удары ножом Н.Н. в ходе разбойного нападения на него, он не имел умысла на его убийство, являются необоснованными.

Как видно из показаний потерпевшего Н.Н., других материалов дела, во время совершения нападения Н.Н. пытался вырвать у П. пистолет, завязалась борьба, произошел выстрел, в это время В. стал наносить потерпевшему удары ножом в спину. Однако потерпевшему удалось отобрать у П. пистолет, и нападавшие скрылись. Учитывая, что Н.Н. причинено 4 ранения в спину, в том числе проникающее в плевральную полость с ранением легкого - тяжкий вред здоровью, суд пришел к правильному выводу о том, что у В. имелся прямой умысел на лишение жизни потерпевшего. Он не был доведен до конца вследствие активного сопротивления потерпевшего, которому удалось отобрать у нападавших пистолет. При таких обстоятельствах действиям В. дана правильная правовая оценка.

Виновность П. в совершении совместно с Г. убийства К-ва, сопряженного с разбоем, подтверждена показаниями П. об обстоятельствах его участия в убийстве, данных им в ходе предварительного следствия. Эти его показания подробны, были подтверждены им при выходе на место совершения преступления, согласуются с заключением судебно-медицинской экспертизы о причинах смерти потерпевшего, протоколом осмотра места происшествия и другими доказательствами, изложенными в приговоре.

Изложенные в кассационных жалобах осужденных Ш. и У., адвоката Мостовова доводы о том, что П., Ш. и У. бездоказательно осуждены за убийство П-ко, также необоснованны.

Как видно из показаний, данных в ходе предварительного следствия П., Г. ссорился с П-ко. Потом взял полотенце, позвал его и Ш. в комнату, где находилась П-ко. Там Г. ударил П-ко в лицо, сел на нее сверху, стал душить полотенцем, он и Ш. помогали ему, держа потерпевшую за руки и ноги. Затем на труп надели одежду и обувь, вместе с У. на его машине увезли труп потерпевшей за город.

Из показаний, данных в ходе предварительного следствия У. видно, что он слышал угрозы Г. задушить потерпевшую. Затем П., Г. и Ш. зашли в комнату к потерпевшей, откуда слышался шум и крики. П. сообщил ему, что П-ко задушена, и он увез труп потерпевшей в район садов "Коммунальщик".

Эти показания осужденных об обстоятельствах их участия в убийстве подтверждены протоколом следственного эксперимента с участием П., в ходе которого он указал место сокрытия трупа, совпадающее с местом фактического его обнаружения, заключением судебно-медицинской экспертизы о причинах смерти потерпевшей, другими материалами дела.

Правильно оценив имеющиеся по данному эпизоду доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о виновности П., Ш. и У. в совершении убийства в составе организованной группы.

При этом П. и Ш. принимали непосредственное участие в процессе лишения жизни потерпевшей, удерживая ее за руки и ноги, лишая возможности сопротивляться.

У. же, являясь членом банды, организованной группы, роль которого в ней заключалась, в основном, в доставке на своем автомобиле членов группы к месту совершения преступлений и обеспечению их сокрытия на том же автомобиле с места преступления, и в этом случае оказал содействие в сокрытии преступления. Систематичность действий У. по сокрытию членов банды, орудий и средств преступлений, имущества, добытого преступным путем, позволяла членам банды заведомо рассчитывать на его содействие. По данному эпизоду У., зная о совершаемом членами организованной группы убийстве, принял активное участие в сокрытии трупа П-ко. Поэтому он обоснованно осужден за совершение убийства в составе организованной группы, сопряженного с бандитизмом.

Обоснованно П. и У. осуждены и за вовлечение несовершеннолетнего Ш. в совершение тяжких и особо тяжких преступлений. На момент совершения этого преступления Ш. было пятнадцать лет. Как видно из показаний последнего в ходе предварительного следствия, П. и У. знали о том, что он учится в седьмом классе школы, предлагали ему участвовать в совершении преступлений, определяя его роль в совершении этих преступлений.

Доводы адвоката Мостовова А.К. о недоказанности участия П. в краже из квартиры Л.О. опровергаются показаниями самого П., признавшего себя виновным в совершении этой кражи, хотя, в соответствии со ст. 51 Конституции РФ и отказавшегося сообщить подробности ее совершения, показаниями потерпевших Л.О. и Д.С. о том, что они были знакомы с П., в декабре 1999 г. после поездки в деревню обнаружили, что в их квартире совершена кража.

Изложенные в кассационной жалобе осужденного У. доводы о том, что он не знал о намерении П., П.А. и Ю. совершить кражу из квартиры С.А.; П. и Г. из квартиры А-ва, а лишь подвозил их к этим квартирам и затем увозил, опровергаются материалами дела.

Из показаний указанных осужденных следует, что в обоих случаях они приезжали к местам совершения краж на автомобиле под управлением У., в его автомобиль складывали и увозили похищенное имущество, часть из которого У. потом помогал продавать похищенные вещи. При таких обстоятельствах суд пришел к обоснованному выводу о наличии предварительного сговора на совершение краж, в том числе, с участием У.

Вместе с тем, как видно из материалов дела, У. во время совершения краж другими осужденными оставался в машине, непосредственного участия и какой-либо помощи в проникновении в жилища и изъятии имущества не оказывал, а лишь предоставлял свой автомобиль для доставки виновных к месту совершения преступления, заранее обещав укрыть похищенное, помочь его реализовать.

При таких обстоятельствах его действия в этой части подлежат переквалификации со ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г" УК РФ на ст. ст. 33 ч. 5, 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г" УК РФ как пособничество совершению краж с указанными квалифицирующими признаками.

Доводы осужденных В. и Н. о незаконном их осуждении за бандитизм, необоснованны, так как каждый из них, осознавая, что участвует в организованной вооруженной группе, в составе этой группы, в том числе с применением огнестрельного оружия совершили по два разбойных нападения, а В. - еще и совершил покушение на убийство.

Правильно квалифицированы и действия П. и У., связанные с незаконным оборотом огнестрельного оружия в составе организованной группы. Как видно из материалов дела (т. 7 л.д. 149), пистолет "Сэведж" у У. был изъят при личном обыске при задержании, а не выдан им добровольно, как он это утверждает в своей кассационной жалобе.

В то же время по ст. 167 ч. 1 УК РФ П., У. и К. осуждены без достаточных оснований. Они осуждены за то, что в процессе хищения (грабежа) имущества, при проникновении в помещение детского учреждения N 174 разбили оконное стекло стоимостью 196 рублей.

В соответствии со ст. 167 ч. 1 УК РФ уголовная ответственность за умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества наступает лишь в случае, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба. При небольшой стоимости уничтоженного имущества суд в приговоре не указал, по каким мотивам он признал причиненный муниципальному учреждению значительным. При таких обстоятельствах приговор в этой части подлежит отмене с прекращением производства по делу за отсутствием состава преступления.

Изложенные в кассационной жалобе осужденного П. доводы о том, что следователем было нарушено его право на ознакомление с материалами дела, необоснованны. Как видно из протокола об ознакомлении П. с материалами дела (т. 14 л.д. 250 - 255) со всеми материалами дела он ознакомился, о чем сделал соответствующую запись, совместно с адвокатом заявил ходатайство, которое было в установленном порядке разрешено.

Доводы осужденного В. о том, что в томе N 14 увеличилось количество страниц, не повлекло нарушения прав осужденных на ознакомление со всеми материалами дела. На момент предоставления дела для ознакомления в 14 томе действительно было 248 страниц. На остальных страницах с (250 по 321) имеются сами протоколы, графики ознакомления всех осужденных с материалами дела, их ходатайства, ответы на ходатайства и т.д., ознакомление с которыми осужденных законом не предусмотрено.

Осужденный Н. на первоначальных допросах в ходе предварительного следствия от услуг защитника отказывался, указывая, что его отказ не связан с его материальным положением (т. 13 л.д. 175 - 190). В то же время при допросе его в качестве обвиняемого после предъявления ему обвинения в окончательном виде (т. 13 л.д. 191 - 205), а также при ознакомлении с материалами дела и в судебном заседании Н. пользовался услугами защитника. При таких обстоятельствах считать нарушенным его право на защиту, на что осужденный указывает в своей кассационной жалобе, нет оснований.

Каких-либо других существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства не допущено.

По заключению амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы П. психическими заболеваниями не страдал и не страдает, в отношении инкриминируемых ему деяний является вменяемым (т. 9 л.д. 25 - 27). Оснований ставить под сомнение это заключение специалистов не имеется, поэтому изложенные в кассационной жалобе доводы осужденного П. о необходимости проведения в отношении него стационарной судебно-психиатрической экспертизы являются необоснованными.

В связи с переквалификацией действий П., У., Ш., П.К. и другими, вносимыми в приговор в их отношении, а также в отношении К., изменениями подлежит смягчению назначенное им наказание.

Наказание остальным осужденным назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, обстоятельств дела, данных о личности, в том числе и тех, на которые имеется ссылки в жалобах.

Оснований для его смягчения не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 332, 339 УПК РСФСР, Судебная коллегия

 

определила:

 

обвинительный приговор Челябинского областного суда от 2 июля 2001 года в отношении П., У. и К. в части их осуждения по ст. 167 ч. 1 УК РФ, а также П.К. в части осуждения по ст. 226 ч. 4 п. п. "а", "б" УК РФ отменить, дело прекратить на основании ст. 5 ч. 1 п. 2 УПК РСФСР за отсутствием состава преступления.

Этот же приговор в отношении Ш., П., и У. изменить, по эпизоду завладения имуществом Т.Л. переквалифицировать их действия со ст. 162 ч. 3 п. "а" УК РФ на ст. 161 ч. 3 п. "а" УК РФ, по которой с учетом уже назначенного по ст. 161 ч. 3 п. "а" УК РФ наказания назначить.:

П. и У. по семь лет лишения свободы с конфискацией имущества каждому, Ш. - шесть лет лишения свободы.

Этот же приговор в отношении У. изменить, переквалифицировать его действия со ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г" УК РФ на ст. ст. 33 ч. 5, 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г" УК РФ, по которой назначить наказание два года шесть месяцев лишения свободы.

Этот же приговор в отношении П. и У. изменить, исключить из их осуждения по ст. 226 ч. 4 п. п. "а", "б" УК РФ хищение газового пистолета "Вальтер" и 8 патронов к нему.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначить:

П. по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 209 ч. 1, 105 ч. 2 п. п. "ж", "з", "н", 150 ч. 4, 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г", 158 ч. 3 п. "а", 161 ч. 3. п. "а", 162 ч. 3 п. п. "а", "б", "в", 222 ч. 1, ст. 222 ч. 3, 226 ч. 3 п. "б", 226 ч. 4 п. п. "а", "б" УК РФ - двадцать один год лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества;

У. по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 209 ч. 2, 105 ч. 2 п. п. "ж", "з", 150 ч. 4, 33 ч. 5, 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г", 161 ч. 3 п. "а", 162 ч. 3 п. п. "а", "б", "в", 222 ч. 3, 226 ч. 4 п. п. "а", "б" УК РФ - девятнадцать лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества;

Ш. - по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "з", 158 ч. 3 п. "а", 162 ч. 3 п. п. "а", "б", "в" УК РФ - восемь лет шесть месяцев лишения свободы в воспитательной колонии;

П.К. - по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 161 ч. 3 п. "а", 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ - восемь лет два месяца лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества.

В остальной части приговор в отношении П., У., Ш. и П.К. и К. а также этот же приговор в отношении В. и Н. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"