||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 29 ноября 2001 г. N 72-00-17

 

Председ. Судебной коллегии обл. суда: Л.И. Волнина

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Разумова С.А. Судей Верховного Суда РФ Глазуновой Л.И. и Линской Т.Г.

рассмотрела в судебном заседании от 29 ноября 2001 года дело по кассационным жалобам осужденного Г. на приговор Читинского областного суда от 11 июля 2000 года, которым

Г. <...>, ранее не судимый, -

осужден: по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "к", "н" УК РФ к пожизненному лишению свободы; по ст. 30 ч. 3 и 167 ч. 2 УК РФ к 3 (трем) годам лишения свободы; по ст. 112 ч. 1 УК РФ к 2 (двум) годам лишения свободы; по совокупности указанных преступлений, на основании ст. 69 УК РФ путем поглощения менее строгого наказания более строгим к пожизненному лишению свободы в исправительной колонии особого режима.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ Линской Т.Г., заключение прокурора Козусевой Н.А. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

Г. осужден: за умышленное убийство Г.Е. 1937 года рождения и Г.В. 1960 года рождения на почве ссоры и личной неприязни к потерпевшим, за умышленное убийство Г.Д. 1937 года рождения с целью сокрытия преступления, а также за умышленное причинение Г.В. вреда здоровья средней тяжести. Кроме того, Г. признан виновным в покушении на умышленное уничтожение чужого имущества путем поджога.

Преступления совершены в ночь на 13 февраля 2000 года в пос. Дарасун Карымского района Читинской области при обстоятельствах изложенных в приговоре.

В судебном заседании Г. отрицал свою причастность к убийству Г.Е. и Г.Д., к причинению вреда здоровью Г.В., к совершению поджога. Он утверждал, что убийство отчима и матери совершил его брат Г.В. Не отрицая своей вины в совершении убийства брата Г.В. и причинении ему телесных повреждений во время ссоры и драки, возникшей между ними, Г. пояснил, что он наносил брату удары только кулаком в лицо, и причинил ему травму носа. При каких обстоятельствах его брату были причинены телесные повреждения в виде переломов ребер, он не знает. Г. ссылался на то, что до происшедшей между ним и братом драки, брат жаловался на сильные боли в области спины. По обстоятельствам связанным с убийством брата Г. пояснил, что, после того, как он выходил из дома, вернувшись, он застал брата в доме с окровавленным ножом и канистрой в руках. Он увидел следы крови на голове С. и лежащую на полу мать. Брат, увидев его, замахнулся на него ножом. Защищаясь, он отобрал у брата нож и нанес ему этим ножом удар в грудь и в шею. После этого он ушел вместе со С., которая сообщила ему о том, что Г.В. нападал с ножом на его мать и отчима. После этого, вернувшись домой, и, увидев, что мать и отчим мертвы, он, находясь в состоянии сильного душевного волнения, закурил и бросил на пол спичку. Пролитая ранее братом жидкость загорелась. Он принимал меры к тому, чтобы затушить пожар, но не смог с ним справиться. Последующие события, в связи сильным алкогольным опьянением он помнит плохо. Сразу, после его задержания, он безразлично относился к своей судьбе, поэтому оговорил себя.

В кассационных жалобах основных и дополнительных Г. просит об отмене приговора с направлением дела на новое судебное рассмотрение. Он считает, что его показания не были проверены надлежащим образом и поэтому получили неправильную оценку в приговоре. Он полагает, что его версия о совершении им убийства брата в состоянии необходимой обороны необоснованного отвергнута органами следствия и судом без проведения надлежащей проверки. В обоснование своей просьбы Г. в своих жалобах приводит объяснения аналогичные тем, которые он давал в судебном заседании. Кроме того, он ссылается на нарушение его права на защиту, не некорректное и недобросовестное отношение к своим обязанностям адвоката. Г. утверждает, что его обвинение основано на фиктивных доказательствах, что расследование по делу проведено не полно, не объективно. По мнению Г., суд необоснованно признал достоверными показания С., которая дала ложные и противоречивые показания, а затем в суде призналась в том, что оговорила его. Он также считает, что не могут быть признаны доказательством его вины и его собственные первоначальные показания, данные им в депрессивном состоянии, под воздействием противозаконных мер. Кроме того, Г. в жалобе высказывает свое несогласие с выводами судебно-психиатрической экспертизы, которая, по его мнению, была проведена не на должном уровне. В своих жалобах Г. дает свой подробный анализ представленных по делу доказательств, обращая внимание на наличие в них существенных противоречий, причины которых, как он полагает, остались невыясненными.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб осужденного, судебная коллегия не усматривает оснований к их удовлетворению.

Вина Г. в совершении им преступлений при изложенных в приговоре обстоятельствах материалами дела подтверждена.

В приговоре подробно приведены все собранные по делу и исследованные в судебном заседании доказательства. По мнению судебной коллегии, указанные доказательства были правильно оценены судом в их совокупности, и юридическая оценка преступления совершенного Г. является правильной.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами жаб осужденного о том, что суд необоснованно признал доказательствами вины Г. его собственные первоначальные показания и показания очевидца преступления С., поскольку эти показания пари проверке были объективно подтверждены другими доказательствами.

Из показаний свидетеля С., тех которые при оценке их в совокупности с другими доказательствами по делу, были признаны судом достоверными, видно, что она находилась на месте происшествия и была очевидцем событий происшедшего в доме Г.

Около 23 часов между, Г. и его старшим братом Г.В. началась ссора. Во время ссоры Г. ударил брата, нагрубил ей и ушел из дома. Вернулся он, примерно через час и стал спрашивать, не обиделась ли она на него. В этот разговор вмешался Г.В. и между ними опять возник скандал. Во время этой ссоры Г. схватил с кухонного стола нож и порезал сначала ей шею. После того, как за нее заступилась мать Г.Е., Г. ударил ножом и свою мать. Она видела, как Г.Е. захрипела и упала. Затем Г. забежал на кухню и несколько раз ударил брата ножом в живот и в шею. Она пыталась успокоить Г. Однако он сказал, что убьет и отчима, чтобы не было свидетелей. С этой цель. Г. пошел в спальную, откуда она услышала крик Г.Д. Она забежала в эту комнату и видела, как Г. стащил Г.Д. с кровати и наносил ему удары ножом. Пред уходом из дома Г. высказал намерение поджечь дом, на ее уговоры не реагировал. Она ушла из дома первая, Г. ее догнал, и сообщил, что он разлил в доме бензин, поджег его.

Ночью в доме Л. Г. сообщил, что убил всю семью. Утром на попутной машине они уехали в Читу. Дома Г. замочил всю свою одежду. В этот день ей удалось сообщить соседка о том, что в Дарасуне Г. зарезал всю свою семью, и попросила вызвать милицию. После этого Г. был задержан. Она же с ранением в области шеи, причиненным ей Г., была доставлена в больницу.

Такие показания С. давала неоднократно. Эти показания находились в полном соответствии с показаниями Г., в которых он признавал свою вину, будучи допрошенным неоднократно.

В связи с тем, что в судебном заседании С. изменила свои показания, судом были приняты меры к установлению причин противоречий в ее показаниях и, оценив ее показания в совокупности с другими доказательствами по делу, суд обоснованно признал достоверными те показания, в которых она уличала Г. в преступлении с приведением полного обоснования своих выводов в этой части. Не согласиться с выводами суда у судебной коллегии не имеется оснований.

В подтверждение вины осужденного суд обоснованно сослался в приговоре: на показания потерпевшего Г.Д.А., защищавшего в суде интересы убитого Г.Д.; на показания свидетелей Л., Г.О.; на протокол осмотра места происшествия, выводы судебно-медицинских, биологической и судебно-химической экспертиз.

Доводы осужденного о том: что убийство брата им было совершено в состоянии необходимой обороны; что было нарушено его право на защиту; что необоснованными являются выводы комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы; что другие, проведенные по делу экспертизы, содержат существенные противоречия, лишавшие возможности суд принять решение по существу, были проверены Судебной коллегией Верховного Суда и не нашли своего подтверждения в материалах дела. Не было установлено при проверке дела и обстоятельств, которые свидетельствовали бы об обоснованности заявления Г. о применении в отношении него противозаконных мер.

С учетом изложенного, судебная коллегия считает, что изложенные в кассационных жалобах Г. доводы противоречат фактическим обстоятельствам дела установленным судом и опровергаются, приведенными в приговоре доказательствами.

Решая вопрос о назначении наказания Г., суд учел повышенную общественную опасность совершенных им преступлений, данные характеризующие его личность и обстоятельства, отягчающие наказание. Судебная коллегия находит правильными выводы суда и в этой части.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 332 и 339 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Читинского областного суда от 11 июля 2000 года в отношении Г. оставить без изменения, кассационные жалобы осужденного - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"