||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 1 августа 2001 г. N 514п01пр

 

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Радченко В.И.,

членов Президиума - Верина В.П., Вячеславова В.К., Меркушова А.Е., Попова Г.Н., Свиридова Ю.А., Сергеевой Н.Ю., Смакова Р.М.

рассмотрел дело по протесту заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г. на определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 15 марта 2001 года в отношении Б.В., К.Б.В., Ш. и Б.А.

Свердловским областным судом 7 августа 2000 года осуждены к лишению свободы:

Б.В., <...>, судимый 23 декабря 1996 года по ст. 89 ч. 1 УК РСФСР к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год, -

по ст. 209 ч. 1 УК РФ на 13 лет с конфискацией имущества, по ст. 161 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на 9 лет с конфискацией имущества, по ст. 162 ч. 2 п. п. "а", "б", "г" УК РФ на 10 лет с конфискацией имущества, по ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на 12 лет с конфискацией имущества, по ст. 222 ч. 2 УК РФ на 4 года, по ст. 222 ч. 3 УК РФ на 7 лет, по ст. 222 ч. 4 УК РФ на 2 года без штрафа, по ст. 223 ч. 1 УК РФ на 2 года, по ст. 223 ч. 3 УК РФ на 6 лет, по ст. 313 ч. 1 УК РФ на 2 года;

на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначено 18 лет лишения свободы с конфискацией имущества;

на основании ст. 74 п. 5 УК РФ отменено условное осуждение по предыдущему приговору и с применением ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров назначено 18 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества, исчисляя срок наказания с 12 февраля 1999 года;

он же оправдан по ст. ст. 325 ч. 1, 325 ч. 2, 167 ч. 1 УК РФ за недоказанностью;

К.Б.В., <...>, несудимый, -

по ст. 209 ч. 1 УК РФ на 12 лет с конфискацией имущества, по ст. 161 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на 7 лет с конфискацией имущества, по ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на 11 лет с конфискацией имущества, по ст. 222 ч. 3 УК РФ на 5 лет, по ст. 222 ч. 4 УК РФ на 1 год без штрафа, по ст. 223 ч. 3 УК РФ на 4 года;

на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначено 15 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества, исчисляя срок наказания с 12 февраля 1999 года;

он же оправдан по ст. 325 ч. 1, 325 ч. 2 УК РФ за недоказанностью;

Ш., <...>, несудимый, -

по ст. 162 ч. 2 п. п. "а", "г" УК РФ на 8 лет в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества, исчисляя срок наказания с 17 февраля 1999 года;

он же оправдан по ст. 209 ч. 2 УК РФ за недоказанностью;

Б.А., <...>, несудимый, -

по ст. 222 ч. 2 УК РФ на 3 года условно с испытательным сроком на основании ст. 73 УК РФ - 2 года.

По делу разрешены гражданские иски и решена судьба вещественных доказательств.

Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации 15 марта 2001 года обвинительный приговор отменен и дело направлено на новое расследование, решение по приговору в части оправдания Б.В., К.Б.В. и Ш. Судебной коллегией не принято.

В протесте поставлен вопрос об отмене определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в отношении всех лиц и передаче дела на новое кассационное рассмотрение.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Нестерова В.В. и выступление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Давыдова В.И., поддержавшего протест,

Президиум Верховного Суда Российской Федерации

 

установил:

 

по приговору суда Б.А. признан виновным в неоднократном приобретении, ношении, перевозке, сбыте огнестрельного оружия и боеприпасов группой лиц по предварительному сговору.

Б.В., ранее судимый за корыстное преступление, а К.Б.В. - за совершение грабежей, организацию банды с целью нападения на граждан, приобретение для ее вооружения огнестрельного оружия и боеприпасов.

Они же признаны виновными в совершении в составе банды пяти разбойных нападений, изготовлении патронов с использованием незаконно приобретенного взрывчатого вещества - пороха "Сокол", хранении, ношении, перевозке и использовании при совершении нападений оружия и боеприпасов. Б.В., кроме того, в ремонте комплектующих деталей к огнестрельному оружию. Б.В. со Ш. - в совершении по предварительному сговору вне банды разбойного нападения на Д. и с неустановленным следствием лицом - на работников КСП "Барабинское". Б.В., кроме того, в совершении побега из-под стражи.

Преступления совершены в 1997 - 1999 годах на территории г. Екатеринбурга и Свердловской области при обстоятельствах, указанных в приговоре суда.

В протесте указано, что выводы кассационной инстанции не соответствуют установленным по делу обстоятельствам, существенного нарушения норм уголовно-процессуального закона при производстве предварительного следствия не допущено. Хотя 3 октября 1997 года находившийся в отпуске заместитель начальника следственного отдела Белоярского РОВД К.Б.В. принял меры к задержанию неизвестных лиц, ограбивших К.П.М., а 26 мая 1998 года возбудил уголовное дело по факту разбойного нападения на Д. и произвел неотложные следственные действия - осмотрел место происшествия, допросил Д. и признал его потерпевшим, но до 12 февраля 1999 г. никаких следственных действий не производил, а 12 февраля вынес постановление о принятии дела к производству и возобновлении предварительного следствия. К.Б.В. не знал, что преступления в отношении К.П.М. и Д. совершил Б.В., свидетелем по эпизоду нападения на Д. не был. Все следственные действия он проводил, не зная о совершении обоих преступлений одним и тем же лицом и заинтересованности в исходе дела не имел. Поэтому у суда первой инстанции не было оснований признавать недопустимыми доказательствами показания потерпевшего Д., протокол осмотра места происшествия и другие доказательства.

Действительно, при выполнении руководителем следственной группы Б.Т. требований ст. 201 УПК РСФСР К.Б.В. ударил ее по лицу, схватил за шею и повалил на пол, а Б.В. нанес следователю С. удары по голове и сбежал из-под ареста, в связи с чем по данному факту было возбуждено уголовное дело, по которому Б.Т. признана потерпевшей. Продолжая выполнять требования ст. 201 УПК РСФСР, она удовлетворила ходатайство адвоката Воронова И.Е., с 3 февраля 2000 г. допустила его к участию в деле, а заявленное 18 февраля 2000 г. ходатайство адвоката не рассматривала. Ходатайство об отводе следователя было заявлено Б.В. после выполнения требований ст. 201 УПК РСФСР. После признания потерпевшей Б.Т. ходатайства лиц, привлеченных к ответственности за совершение в отношении нее неправомерных действий, не проводила других следственных действий, поскольку фактически их выполнение было уже закончено. Составление Б.Т. обвинительного заключения не ухудшило положение обвиняемых и не свидетельствовало о ее необъективности.

Президиум считает, что протест не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации указала в определении, что в соответствии со ст. 64 УПК РСФСР следователь или лицо, производящее дознание не могут принимать участия в расследовании дела при наличии оснований, указанных в ст. 59 УПК РСФСР. Согласно материалам дела и приговору, 3 октября 1997 года Б.В. и К.Б.В. открыто похитили имущество К.П.М. на автозаправочной станции N 2 в пос. Белоярском. Следователь СО Белоярского РОВД К.Б.В. явился свидетелем этого преступления и принял меры к задержанию К.Б.В. и Б.В. на месте происшествия, а позже по этому эпизоду К.Б.В. был допрошен в качестве свидетеля и в ходе предварительного следствия и в суде.

Будучи свидетелем по делу, К.Б.В. в соответствии с ч. 2 ст. 64 УПК РСФСР был обязан устраниться от участия в деле, однако в нарушение требований, содержащихся в ст. ст. 59, 64 УПК РСФСР, он участвовал в расследовании дела: по эпизоду от 3 октября 1997 года возобновил предварительное следствие и принял дело к своему производству (т. 1 л.д. 144, 145).

Б.В. и Ш. обвиняются в совершении разбойного нападения на Д. 26 мая 1998 года на Каменск-Уральском тракте Белоярского района. По этому эпизоду следователь К.Б.В. возбудил уголовное дело, принял его к своему производству, провел осмотр места происшествия, допросил Д. в качестве потерпевшего. Показания потерпевшего Д., полученные при допросе его К.Б.В., судом положены в основу обвинения как Б.В., так и Ш.

При таких обстоятельствах кассационная инстанция обоснованно признала в определении, что следователь К.Б.В. принял участие в расследовании дела вопреки прямому запрету уголовно-процессуального закона (ст. 59 ч. 1 п. 1 УПК РСФСР), являясь свидетелем по данному делу.

Кроме того, как обоснованно указала кассационная инстанция, из материалов дела видно, что следователь Б.Т. 27 декабря 1999 года начала знакомить Б.В., К.Б.В., Ш., а также Б.А. с материалами дела. В ходе этого следственного действия 14 января 2000 г. К.Б.В. применил насилие в отношении следователя Б.Т. в связи с производством предварительного расследования, а Б.В. совершил побег из-под стражи. По данному факту было возбуждено уголовное дело и следователь Б.Т. признана потерпевшей. Несмотря на это, в нарушение требований ст. ст. 59, 64 УПК РСФСР, она не устранилась от участия в деле, а, являясь потерпевшей от преступных действий К.Б.В., продолжала знакомить обвиняемых с материалами дела, разрешала ходатайства, составила обвинительное заключение.

27 марта 2000 г. Б.В. и его защитник заявили отвод следователю Б.Т. Разрешая ходатайство об отводе, прокурор пришел к выводу об отсутствии оснований для отвода следователя. Однако, как правильно указала кассационная инстанция, прокурор не учел, что в соответствии со ст. 199 УПК РСФСР производство предварительного следствия заканчивается составлением обвинительного заключения, которое представляет собой процессуальный акт, завершающий предварительное следствие и формулирующий обвинение, содержащий доказательства, собранные следователем.

Поскольку следователь Б.Т. признана потерпевшей, то кассационная инстанция обоснованно указала в определении, что имеются обстоятельства, дающие основания считать, что она может быть заинтересована в деле. Поэтому Б.Т. не могла принимать участие в расследовании дела, она подлежала отводу.

Вышеуказанные нарушения уголовно-процессуального закона кассационная инстанция обоснованно признала существенными, влекущими в соответствии со ст. 345 УПК РСФСР отмену приговора с направлением дела на дополнительное расследование.

При таких обстоятельствах доводы протеста о том, что К.Б.В. производил следственные действия, не зная о совершении обоих преступлений одним и тем же лицом, поэтому не имел заинтересованности в исходе дела, а составление Б.Т. обвинительного заключения не ухудшило положения обвиняемых и не свидетельствовало о ее необъективности, нельзя признать соответствующими требованиям уголовно-процессуального закона.

Исходя из изложенного и руководствуясь п. 1 ст. 378 УПК РСФСР, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

 

постановил:

 

протест заместителя Генерального прокурора Российской Федерации оставить без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"