||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 июня 2001 года

 

Дело N 4-В01пр-63

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                          Манохиной Г.В.,

    судей                                           Еременко Т.И.,

                                                    Пирожкова В.Н.

 

рассмотрела в судебном заседании от 28 июня 2001 г. дело по иску Р.Л. к Н.М. о признании не приобретшей права на жилую площадь по протесту заместителя Генерального прокурора Российской Федерации на решение Долгопрудненского городского суда от 18 февраля 2000 г., определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 6 июня 2000 г. и постановление президиума Московского областного суда от 25 октября 2000 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Г.В. Манохиной, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации М.М. Гермашевой, поддержавшей протест, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

установила:

 

Р.Л. является нанимателем двухкомнатной квартиры <...>. На этой площади также был зарегистрирован ее сын - Р.В. 20 ноября 1986 г. на указанной жилой площади были зарегистрированы Р.М. (после вступления в брак с Н.А. стала Н.М.), являвшаяся на тот период женой Р.В., и их дочь А., 1986 года рождения.

Р.В. был поставлен на очередь на улучшение жилых условий по месту работы для получения жилой площади на свою семью. 9 февраля 1989 г. брак между Р.В. и Р.М. был расторгнут. 15 апреля 1989 г. Р.В. зарегистрировал брак с Б.

В сентябре 1991 г. ему была предоставлена двухкомнатная квартира по адресу: <...>, жилой площадью 28,9 кв. м, в ордер была включена новая семья Р.В.

29 октября 1994 г. Р.М. зарегистрировала брак с Н.А.

В августе 1998 г. Р.Л. обратилась в суд с иском к Н.М. о признании ее не приобретшей права на жилую площадь по адресу: <...>, указав, что Н.М. была прописана на этой жилой площади с целью получения жилой площади, в квартиру не вселялась, поскольку комнаты смежные и была достигнута договоренность, что пользоваться жилым помещением она не будет.

Ответчица Н.М. с иском не согласилась, указав, что приобрела право на жилую площадь, о которой возник спор. Некоторое время проживала в этой квартире, затем была вынуждена с ребенком уйти жить к своим родителям. После получения Р.В. с новой семьей квартиры договорились, что спорная жилая площадь останется Р.Л., Н.М. и ее дочери.

Дело неоднократно рассматривалось судебными инстанциями.

Решением Долгопрудненского горсуда от 18.02.2000, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Мособлсуда от 06.06.2000, в удовлетворении иска отказано.

Постановлением президиума Московского областного суда от 25.10.2000 отклонен надзорный протест прокурора области, принесенный на предмет отмены состоявшихся судебных постановлений.

В протесте поставлен вопрос об отмене судебных решений по мотивам того, что суд в нарушение требований ст. ст. 53, 54 Жилищного кодекса РСФСР признал за ответчицей право на спорную квартиру, не располагая доказательствами ее фактического вселения в квартиру, совместного проживания с истицей и ведения с ней общего хозяйства.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, проверив материалы дела, обсудив доводы протеста, не находит оснований для его удовлетворения.

Согласно ст. 330 ГПК РСФСР основаниями к отмене решения, определения, постановления суда в надзорном порядке являются неправильное применение или толкование норм материального права, существенное нарушение норм процессуального права, повлекшие вынесение незаконного решения, определения, постановления суда.

Таких нарушений судом при рассмотрении настоящего дела не допущено.

Согласно ст. 54 Жилищного кодекса РСФСР наниматель вправе в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей, родителей и других родственников, нетрудоспособных иждивенцев и иных лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов семьи.

Граждане, вселенные нанимателем в соответствии с правилами настоящей статьи, приобретают равное с нанимателем и остальными членами его семьи право пользования жилым помещением, если эти граждане являются или признаются членами его семьи и если при вселении между этими гражданами, нанимателем и проживающими с ним членами семьи не было иного соглашения о порядке пользования жилым помещением.

Судом установлено, что в 1986 г. Н.М. была вселена в квартиру, о которой возник спор, с письменного согласия Р.Л. Затем в эту квартиру была прописана внучка Р.Л. - дочь Р.В. и Н.М.

В связи с тем, что комнаты смежные, супруги Р-вы непродолжительное время проживали в этой квартире, их семья состояла на очереди на улучшение жилищных условий. Р.Л. и Р.В. признавали право Н.М. на эту жилую площадь как члена семьи.

Н.М. в 1995 - 1996 гг. вносила плату за коммунальные услуги.

Эти обстоятельства подтверждаются объяснениями сторон, материалами дела.

Из объяснений Р.Л. и Н.М. следует, что право на спорную квартиру Н.М. с дочерью утратили бы только в том случае, если бы получили новую жилую площадь.

Однако в квартиру, предоставленную Р.В. в 1991 г., вселилась его новая семья.

Н.М. с дочерью сохранили право на жилую площадь, нанимателем которой являлась Р.Л., и их право на эту жилую площадь Р.Л. не оспаривалось до августа 1995 г.

При таких данных нельзя согласиться с доводами протеста о том, что суд, признавая за Н.М. право на жилую площадь, о которой возник спор, не располагал доказательствами ее фактического вселения в квартиру.

Ссылка на то, что для признания за ответчицей права на жилую площадь необходимо было установить, что она вела с истицей общее хозяйство и проживала совместно с ней, ошибочна.

Проживая совместно с Р.В., являвшимся членом семьи Р.Л., и ведя с ним общее хозяйство, Н.М. приобрела право на жилую площадь, о которой возник спор.

Согласно ст. 200 УК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Суд установил, что истице в 1986 г. было известно о прописке и вселении Н. М. с дочерью в спорную квартиру. Однако их прав на жилое помещение она не оспаривала до 1995 г., пропустив без уважительных причин срок исковой давности.

Довод о том, что суд не учел, что претензии на спорную жилую площадь ответчица в нарушение имевшейся договоренности о непроживании стала предъявлять лишь в 1995 г., не может быть расценен как обстоятельство, свидетельствующее о том, что срок исковой давности следует исчислять с 1995 г. Право на жилую площадь у Н. и ее дочери возникло в 1986 г. и признавалось истицей, ее непроживание в квартире было вынужденным и не свидетельствует об утрате права на жилую площадь.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 329, 330 ГПК РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

состоявшиеся по делу судебные постановления оставить без изменения, протест заместителя Генерального прокурора Российской Федерации - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"