||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 20 июня 2001 г. N 445п2001пр

 

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председателя - В.М. Лебедева

Членов Президиума - Верина В.П., Вячеславова В.К., Жуйкова В.М., Кузнецова В.В., Меркушова А.Е., Петухова Н.А., Сергеевой Н.Ю., Смакова Р.М.

рассмотрел дело по протесту заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г. на определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 27 марта 2001 года.

По приговору Таганрогского городского суда Ростовской области от 26 июня 1998 года

О., <...>, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 9 годам лишения свободы, по ч. 1 ст. 222 УК РФ к 1 году лишения свободы без штрафа, по ч. 1 ст. 226 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений назначено 10 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда 12 августа 1998 года приговор в части взыскания с О. в пользу ГУВД Ростовской области 101.387 рублей отменен и дело направлено на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. Этот же приговор в отношении О. изменен, из его осуждения по ч. 1 ст. 222 УК РФ исключен квалифицирующий признак - приобретение огнестрельного оружия и боеприпасов, в остальном приговор оставлен без изменения.

Постановлением президиума Ростовского областного суда 30 ноября 2000 года протест заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации, в котором ставился вопрос о смягчении наказания О., удовлетворен частично, назначенное наказание по ч. 1 ст. 105 УК РФ смягчено до 6 лет лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 226 УК РФ, окончательно к отбыванию назначено 6 лет 2 месяца лишения свободы. В остальном приговор и кассационное определение оставлены без изменения.

Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации 27 марта 2001 года по протесту заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации состоявшиеся судебные решения по делу изменены, действия О. переквалифицированы с ч. 1 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 108 УК РФ, по которой назначено наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 108, ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 226 УК РФ, окончательно назначено 3 года 6 месяцев лишения свободы. В связи с отбытием наказания О. из-под стражи освобожден.

По делу также осужден Л., протест в отношении которого не принесен.

В протесте поставлен вопрос об отмене определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 27 марта 2001 года с оставлением в силе приговора, кассационного определения и постановления президиума Ростовского областного суда.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Морозова Е.И. и выступление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Давыдова В.И., поддержавшего протест,

Президиум Верховного Суда Российской Федерации

 

установил:

 

согласно приговору, преступления совершены при следующих обстоятельствах.

2 марта 1997 года, около 0 часов 40 минут, на перекрестке ул. Фрунзе и пер. Мечниковского О. и Л., находившиеся в состоянии алкогольного опьянения, случайно встретились с ранее незнакомым Д. Последний, являясь сотрудником милиции, не представившись О. и Л., обратил внимание на внешность Л. и в унизительной форме обозвал его в связи с его национальностью. Затем, достав табельный пистолет ПМ серии ТА N 6691, стал угрожать демонстрацией оружия, несколько раз ударил Л. рукой по лицу и распылил ему в лицо из баллончика слезоточивый газ "Черемуха". О., приняв участие в конфликте, толкнул Д., тот упал в сугроб и выронил пистолет, заряженный 7-ю патронами. О. поднял его и умышленно выстрелил в лежащего на земле Д., причинив ему огнестрельное пулевое слепое ранение шеи справа с ранением грудной клетки во 2-ом межреберье слева со сквозным ранением легкого, желудка, с последующим внутренним кровоизлиянием, от которых потерпевший скончался. Похищенные оружие и боеприпасы, О. незаконно носил при себе, перевозил в транспорте, хранил, закопав в землю. Днем 2 марта 1997 года на автостанции О. передал пистолет с патронами Л., чтобы избавиться от них.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для удовлетворения протеста.

В протесте указано, что в обоснование своего решения о необходимости переквалификации содеянного на другой материальный закон Судебная коллегия в определении сослалась на то, что Д. в присутствии О. совершил на Л. посягательство, опасное для жизни и здоровья последнего, а после распыления потерпевшим слезоточивого газа в лицо Л., он был лишен возможности защищаться от неправомерных действий Д. В связи с чем защиту Л. осуществил О., толкнув потерпевшего, который упал и выронил пистолет. Действуя в интересах Л., неверно оценив условия сложившейся ситуации, характер опасности со стороны Д., О. применил в отношении потерпевшего пистолет.

Возражая против данного решения, автор протеста утверждает, что действительно, потерпевшим в отношении Л. были предприняты неправомерные действия, представляющие определенную реальную угрозу для последнего.

Далее в протесте указано, что после применения газового баллончика потерпевший никаких агрессивных действий в отношении Л. не совершал. В обвинительном заключении действия Д. были расценены как имевшее место опасное для жизни и здоровья посягательство, которое было пресечено в тот момент, когда О. повалил Д. на землю и забрал пистолет. То есть органами предварительного следствия установлено, что опасное для жизни Л. посягательство со стороны Д. было окончено в тот момент, когда потерпевший утратил возможность обладания пистолетом, с чем согласилась и Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации.

При таких обстоятельствах в протесте делается вывод о том, что действия Д. подпадают под признаки состава преступления, предусматривающего ответственность за убийство, поскольку вред был причинен после того, как посягательство предотвращено, окончено и в применении средств защиты отпала необходимость. Кроме того, необходимо учитывать, что О. и Л. были вдвоем и безоружный потерпевший, лежащий на земле, никакой угрозы для их жизни и здоровья не создавал.

Вывод Судебной коллегии о том, что О. неправильно оценил сложившуюся ситуацию, то есть условия правомерности необходимой обороны, не является основанием для переквалификации действий осужденного с ч. 1 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 108 УК РФ, поскольку является обстоятельством, смягчающим наказание.

Учитывая изложенное, прокурор полагает, что определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации подлежит отмене в связи с неправильной правовой оценкой действий О.

Однако с выводами, изложенными в протесте, согласиться нельзя по следующим основаниям.

В определении Судебной коллегии обоснованно указано, что согласно ст. 37 УК РФ, не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны. Право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица. Превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства.

Эти требования закона, как правильно записано в определении, не были учтены судом, что повлекло ошибочную квалификацию действий О.

Далее в определении обоснованно утверждается, что приговором установлено, что ночью 2 марта 1997 года, встретив на улице ранее незнакомых О. и Л., Д. оскорбил последнего, затем стал угрожать ему пистолетом, несколько раз ударил его по лицу рукой, а потом распылил ему в лицо слезоточивый газ "Черемуха". После этого О. принял участие в конфликте и толкнул Д. Тот упал и выронил заряженный пистолет. О. поднял пистолет и умышленно выстрелил из него в потерпевшего. Следовательно, в судебном заседании признано доказанным, что ночью 2 марта 1997 года потерпевшим Д. в отношении Л. были совершены неправомерные действия, не только унижающие его как личность, но и представляющие для него определенную, реальную угрозу.

В определении Судебной коллегии также правильно указано, что, как видно из обвинительного заключения, органами предварительного следствия действия Д. были расценены как имевшее место опасное для жизни и здоровья посягательство, которое было пресечено в тот момент, когда О. повалил Д. на землю и забрал его пистолет. Кроме того, в ходе предварительного расследования после выяснения обстоятельств причинения потерпевшему телесных повреждений, было установлено, что во время конфликта с Д. Л. в ответ нанес ему удары ладонью по лицу. Эти действия Л. органами следствия были признаны совершенными в пределах необходимой обороны (т. 2 л.д. 31). Осужденный О., объясняя причины своего вступления в конфликт между его приятелем Л. и ранее незнакомым Д., показал, что "вступился за Л.", который после применения в отношении него потерпевшим слезоточивого газа был вынужден присесть на землю. Именно тогда он (О.) толкнул Д., отчего последний упал и выронил пистолет. Подняв оружие, он (О.) увидел, что Д. поднимается и выстрелил в него.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия пришла к обоснованному выводу о том, что в присутствии О. потерпевший Д. совершил на Л. посягательство, опасное для его жизни и здоровья. Причем, когда Л. попытался остановить Д., тот достал огнестрельный пистолет, угрожал им, а затем из баллончика распылил Л. в лицо слезоточивый газ "Черемуха". В результате этого Л. был лишен физической возможности защищаться от неправомерных действий Д. Тогда защиту Л. осуществил О., толкнув Д. Тот упал и выронил пистолет. Действуя в интересах Л., О. сразу же поднял оружие. Однако затем он неверно оценил условия сложившейся ситуации, характер опасности со стороны Д. и применил в отношении последнего пистолет, что следует признать превышением пределов необходимой обороны. Поэтому действия О. в отношении Д. правильно переквалифицированы с ч. 1 ст. 105 на ч. 1 ст. 108 УК РФ, предусматривающую ответственность за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

С учетом изложенного протест удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь п. 1 ст. 378 УПК РСФСР,

Президиум Верховного Суда Российской Федерации

 

постановил:

 

протест заместителя Генерального прокурора Российской Федерации оставить без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"