||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 15 июня 2001 года

 

Дело N 48-Г01-25

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                            Кнышева В.П.,

    судей                                        Корчашкиной Т.Е.,

                                                         Кебы Ю.Г.

 

рассмотрела в судебном заседании 15 июня 2001 г. дело по заявлению прокурора Челябинской области о признании противоречащими федеральному законодательству п. 2 ст. 2, п. 1 ст. 6, ст. ст. 7 - 11, 13 Закона Челябинской области N 114-ЗО от 24 февраля 2000 г. "Об организации опеки и попечительства в Челябинской области" по кассационной жалобе Законодательного Собрания Челябинской области на решение Челябинского областного суда от 29 января 2001 г., которым заявление прокурора удовлетворено частично.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Корчашкиной Т.Е., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Любимовой И.Б., полагавшей решение суда оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

установила:

 

прокурор Челябинской области обратился в суд с вышеуказанным заявлением, ссылаясь на то, что оспариваемые положения противоречат нормам Гражданского, Гражданско-процессуального, Семейного и Бюджетного кодексов Российской Федерации, а также Федеральным законам: "О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов в Российской Федерации", "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации", "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании".

Решением Челябинского областного суда от 29 января 2001 г. заявление прокурора Челябинской области удовлетворено частично: п. 2 ст. 2, ст. ст. 7, 8, 9, 10, п. 2 ст. 11, п. п. 2, 4 ст. 13 Закона Челябинской области "Об организации опеки и попечительства в Челябинской области N 114-ЗО от 24 февраля 2000 г. признаны противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению с момента вступления решения в законную силу, в признании противоречащими федеральному законодательству и не подлежащими применению п. 3 ч. 1 ст. 6, п. 1 ст. 11, п. 1 ст. 13 того же Закона отказано.

В кассационной жалобе Законодательного Собрания Челябинской области поставлен вопрос об отмене решения суда в части удовлетворения заявления прокурора.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации оснований для отмены решения суда не находит.

В соответствии с пунктами "ж", "н" части 1 статьи 72 Конституции РФ вопросы социальной защиты населения, координации здравоохранения, защиты семьи, детства, установления общих принципов организации местного самоуправления находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Согласно п. 5 ст. 76 Конституции РФ законы и иные нормативные акты субъектов Российской Федерации не могут противоречить федеральным законам.

Из текста оспариваемого Закона области N 114-ЗО от 24.02.2000 "Об организации опеки и попечительства" усматривается, что он регулирует порядок организации и осуществления деятельности органов опеки и попечительства в Челябинской области, устанавливает их компетенцию, основы взаимодействия с органами государственной власти.

Проанализировав названный Закон области и федеральное законодательство, суд правомерно пришел к выводу о том, что в нарушение вышеуказанной нормы Конституции Российской Федерации некоторые положения обжалуемого Закона противоречат федеральному законодательству.

Согласно ст. 6 п. 1 Федерального закона N 1254-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" от 28.08.1995 (в редакции Федеральных законов от 22.04.1996 N 38-ФЗ, от 26.11.1996 N 141-ФЗ, от 17.03.1997 N 55-ФЗ, от 04.08.2000 N 107-ФЗ) в ведении органов местного самоуправления находятся вопросы местного значения, а также отдельные государственные полномочия, которыми могут наделяться органы местного самоуправления. Ст. 4 этого Закона установлено, что наделение органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями осуществляется только федеральными законами, законами субъектов РФ.

Осуществление органами местного самоуправления функций органов опеки и попечительства является их особой функцией по реализации государственных полномочий, переданных Федеральным законом, что подтверждено положениями п. 1. ст. 34 ГК РФ, определяющего, что органами опеки и попечительства являются органы местного самоуправления. Реализация переданных полномочий подконтрольна государству, условия и порядок контроля за осуществлением органами местного самоуправления определяются соответственно федеральными законами и законами субъектов РФ, не противоречащими федеральным законам.

Статья 3 Федерального закона "О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации" запрещает передавать или иным образом перераспределять предметы ведения Российской Федерации.

Повторяя положения ч. 1. ст. 34 ГК РФ, п. 1. ст. 2 оспариваемого Закона также указывает, что органами опеки и попечительства Челябинской области являются органы местного самоуправления. Данный пункт Закона прокурором не оспаривается.

Однако далее в Законе области определено понятие органов местного самоуправления, установлены структура и предметы ведения структурных подразделений местного самоуправления, тем самым законодатель вторгается в сферу правоотношений, регулируемых ГК РФ, и сферу исключительного ведения местного самоуправления.

Согласно п. 2 ст. 2 Закона области осуществление функций по опеке и попечительству возлагается на муниципальные органы управления образованием в отношении несовершеннолетних граждан; муниципальные органы управления социальной защитой населения в отношении совершеннолетних граждан, признанных судом недееспособными, ограниченно дееспособными, а также дееспособных граждан, которые по состоянию здоровья не могут осуществлять свои права и исполнять свои обязанности.

Статьи 7, 8, 9 и 10 Закона области соответственно устанавливают компетенцию представительного органа местного самоуправления и должностных лиц местного самоуправления, компетенцию муниципальных органов управления образованием, компетенцию органов управления социальной защитой населения, компетенцию муниципальных органов управления здравоохранением.

П. 2 ст. 11 того же Закона в обязательном порядке вводит муниципальные органы управления социальной защитой населения, должность специалиста по охране прав граждан из расчета 1 ставка на 50 тысяч совершеннолетних граждан.

П. п. 2 и 4 ст. 13 определяют конкретный состав комиссии по охране прав граждан, нуждающихся в государственной защите.

Суд правомерно пришел к выводу о том, что ни ст. ст. 34, 35, 36 ГК РФ, ни ст. ст. 121 п. 3, 123, 147 Семейного кодекса РФ, ни Федеральные законы "Об общих принципах организации местного самоуправления", "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании", ни ГПК РСФСР (ст. ст. 32, 258), регулирующие вопросы опеки и попечительства, таких понятий, как "муниципальные органы управления образованием", "муниципальные органы управления социальной защитой населения", "муниципальные органы управления здравоохранением", не предусматривают.

Довод жалобы о том, что подобные понятия содержатся в ст. ст. 12, 14, 18 Закона РФ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних", в ст. 27 Закона РФ "О социальном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов", необоснован, так как в этих Законах речь идет не о муниципальных органах управления и их структуре, а о полномочиях системы органов управления образованием, здравоохранением, социальной защитой, осуществляемых ими в пределах своей компетенции в целях профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.

В соответствии со ст. 131 Конституции РФ, ст. 124, ст. ст. 6, 7, 14, 15, п. п. 1, 3 ст. 16, п. п. 1, 2 ст. 17 ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" структура и компетенция органов местного самоуправления, компетенция и полномочия представительного органа, главы муниципального образования определяются самостоятельно уставами муниципальных образований. Законы субъекта не могут ограничивать гарантированные Конституцией РФ и настоящим Законом права местного самоуправления.

Кроме того, наделение органов местного самоуправления полномочиями в вопросах опеки и попечительства является компетенцией государства, поэтому регулироваться может только федеральными законами.

Суд подробно мотивировал свои выводы относительно несоответствия обжалуемых норм Закона области федеральному законодательству, несогласия с доводами законодателя.

При таких обстоятельствах оснований для отмены решения суда не имеется.

Руководствуясь ст. 305 ГПК РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

решение Челябинского областного суда от 29 января 2001 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Законодательного Собрания Челябинской области - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"