||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 5 июня 2001 г. N 32-О01-37

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Шурыгина А.П.

судей Микрюкова В.В., Иванова Г.П.

рассмотрела в судебном заседании от 5 июня 2001 года уголовное дело по кассационному протесту прокурора, кассационным жалобам осужденных А., М., Д., адвокатов Усачевой Г.П., Шепелева О.Ю. и Ильина А.В. на приговор Саратовского областного суда от 29 декабря 2000 года, которым:

К., <...>, с неполным средним образованием, женат, не работавший, проживавший в <...>, несудимый,

осужден к лишению свободы по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж", "з" УК РФ на 20 (двадцать) лет;

по ст. 162 ч. 3 п. п. "б", "в" УК РФ на 10 (десять) лет с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ назначено К. наказание по совокупности преступлений путем частичного сложения в виде 25 (двадцати пяти) лет лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

А., <...>, с неполным средним образованием, холостой, работавший экспедитором в ИЧП "Мистика" г. Балаково, судимый 6 февраля 1995 года по ст. 144 ч. 2 УК РСФСР к 4 годам лишения свободы, постановлением суда от 4 апреля 1997 года определено А. считать осужденным по ст. 158 ч. 2 п. "а" УК РФ, освобожден 26 октября 1997 года по отбытии срока наказания, -

осужден к лишению свободы по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж", "з" УК РФ к 20 (двадцати) годам;

по ст. 162 ч. 3 п. п. "б", "в" УК РФ к 12 (двенадцати) годам с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ назначено А. наказание по совокупности преступлений путем частичного сложения в виде 25 (двадцати пяти) лет лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

М., <...>, со средним образованием, женатый, имеющий на иждивении двоих несовершеннолетних детей, не работавшего, несудимый, -

осужден к лишению свободы по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж", "з" УК РФ на 20 (двадцати) лет;

по ст. 162 ч. 3 п. п. "б", "в" УК РФ на 10 (десять) лет с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ назначено М. наказание по совокупности преступлений путем частичного сложения в виде 25 (двадцати пяти) лет лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Д., <...>, со средним специальным образованием, женат, имеющий на иждивении несовершеннолетнюю дочь, работавшего администратором в магазине ОО "Рубин" г. Балаково, несудимый,

осужден к лишению свободы по ст. 162 ч. 3 п. "б" УК РФ и с применением ст. 64 УК РФ к 5 (пяти) годам лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

М.С., <...>, со средним образованием, разведен, имеющий на иждивении несовершеннолетнего ребенка, работавший в ЗАО "Балаково-АРС", несудимый, -

осужден по ст. 162 ч. 3 п. "б" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 5 (пяти) годам лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

М.С. и Д. по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "б", "ж", "з", "к" УК РФ оправданы за недоказанностью их участия в совершении преступления.

К.С., <...>, со средним образованием, холостой, не работавший, несудимый, -

осужден по ст. ст. 33 ч. 5, 158 ч. 2 п. п. "а", "в", "г" УК РФ к 3 (трем) годам лишения свободы без штрафа с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Постановлено взыскать в пользу:

Б.О. с К., А. и М. в возмещение материального ущерба солидарно 21852 (двадцать одну тысячу восемьсот пятьдесят два) рубля и в возмещение морального вреда с каждого по 30 000 (тридцать тысяч) рублей;

Х.В. с К., А. и М. в возмещение материального ущерба солидарно 17 825 (семнадцать тысяч восемьсот двадцать пять) рублей и в возмещение морального вреда с каждого по 30 000 (тридцать тысяч) рублей;

К.Л. с К., А. и М. в возмещение материального ущерба солидарно 3 842 (три тысячи восемьсот сорок два) рубля и в возмещение морального вреда с каждого по 1 000 (одной тысяче) рублей;

МУЗ "Городская больница N 1" г. Балаково (расчетный счет 40205810800000160025 в РКЦ г. Балаково) с К., А. и М. солидарно 5 646 (пять тысяч шестьсот сорок шесть) рублей 63 копейки.

Заслушав доклад судьи Микрюкова В.В. объяснения осужденного А., адвокатов Усачевой Г.П. и Моисеевой, заключение прокурора Панфиловой М.В., поддержавшей доводы протеста, судебная коллегия

 

установила:

 

по приговору суда А., К., М. признаны виновными в умышленном причинении смерти троим лицам, группой лиц, сопряженном с разбоем.

А., К., М., М.С. и Д. признаны виновными в совершении разбойного нападения в целях завладения имуществом в крупных размерах, а А., К., М., кроме того, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

К.С. признан виновным в пособничестве при совершении кражи чужого имущества группой лиц по предварительному сговору, сопряженной с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба потерпевшим.

Преступления совершены 28 февраля 2000 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационном протесте государственный обвинитель просит приговор суда отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение, мотивируя свои доводы тем, что суд, не отразив в приговоре показания К., М.С., А.Б. и не дав им оценку, необоснованно оправдал Д. и М.С. в совершении убийства. Так суд не отразил показания К. и не дал им оценки в той части, что Д. также принимал участие в избиении потерпевших Р., Х. и Б. Не дана оценка показаниям М.С., пояснившего в суде, что когда он подбежал к месту окончившейся драки, то увидел в руках М. трубу, а у Д. в руках была деревянная бита, рядом лежали трое потерпевших. Не дана оценка показаниям свидетеля А.Б., изымавшего биту и монтировку из автомобиля Д. и при осмотре биты и монтировки обратил внимание на наличие на них следов вещества бурого цвета.

Не дана оценка показаниям свидетеля Д.Н. в части наличия у ее мужа деревянной биты (т. 1 л.д. 157 - 158, т. 2 л.д. 1 - 3), показаниям свидетеля Д.Б. не отрицавшего того, что он действительно пытался изъять биту из автомобиля своего сына. (т. 9 л.д. 25, т. 1 л.д. 173, 181, т. 2 л.д. 57 - 60), показаниям свидетеля Д.А. данных им как в суде, так и в ходе предварительного следствия (т. 9 л.д. 15 т. 2 л.д. 30 - 34), пояснявшего о том, что А., К., М.С. и Д., обсуждая избиение потерпевших, обращались к Д. и спрашивали его, так ли это было, если что-то было не так, то Д. говорил как это было на самом деле. К. сказал ему, что и М.С. принимал участие в избиении потерпевших. Не учтено судом и то обстоятельство, что по выводам судебно-криминалистических экспертиз, повреждения у потерпевших могли быть причинены представленными на экспертизу ломом, фрагментом трубы, битой монтировкой и лопатой.

По мнению государственного обвинителя в суде было нарушено право А. на защиту, выразившееся в том, что А. было заявлено письменное ходатайство, которое не было приобщено к материалам дела и разрешено было частично.

Оправдание Д. и М.С. по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж", "з", "к" УК РФ и прекращение по п. "в" ч. 2 ст. 162 УК РФ явилось следствием назначения обоим необоснованно мягкого наказания.

В кассационных жалобах:

Адвокат Усачева Г.П. в защиту интересов К. просит приговор в отношении него в части осуждения по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж", "з" УК РФ отменить, дело прекратить, в части хищения чужого имущества квалифицировать его действия по ст. 158 ч. 3 п. "б" УК РФ и назначить минимальную меру наказания. В суде не установлено, что от ударов К. наступила смерть потерпевших. К. отрицает, что он нанес удары потерпевшим, от которых возникли травмы, ставшие причиной смерти. В судебном заседании не установлено, что потерпевшие обнаружили совершение кражи из гаража. Первыми напали потерпевшие, а с какой целью не установлено. Драка произошла не в месте совершения кражи. По мнению адвоката вывод суда о том, что погибшие пресекали совершение кражи, носит предположительный характер.

Адвокат Шепелев О.Ю. в защиту интересов А. просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение, полагая, что суд ошибочно пришел к выводу о виновности А. в совершении преступлений и в недостаточной степени учел доказательства его невиновности. Обвинение А. основывается на показаниях К., М., Д., которые дали противоречивые показания на предварительном следствии и в судебном заседании. Так, по мнению адвоката, К. пояснял, что он участвовал в драке с мужчинами, вырвал лом из рук одного и лом упал, и тут же К. дает показания, что увидел лом в руках А. Адвокат полагает, что показания К. вызывают сомнения, а потому не могут быть положены в основу приговора. По мнению адвоката, М.С. изменил свои показания в судебном заседании с целью уйти от ответственности. В судебном заседании А. заявил ходатайство о воспроизведении видеозаписи показаний К. с целью проверки правдивости показаний последнего, но ему в этом было отказано. Письменное ходатайство было возвращено А. в ИВС.

Адвокат Ильин А.В. в защиту интересов М. просит приговор суда отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение, полагая, что по делу не собраны прямые улики, указывающие на виновность М. в совершении убийства Х., Б., Р. В основу положены показания свидетеля К.С., однако тот пояснил, что он не видел драки и кто кому наносил удары. Из показаний А. следует, что во время драки М. находился в 34 гаражном корпусе. Другие осужденные меняли свои показания, однако в приговоре не отражено по каким основаниям судом были отвергнуты одни показания и приняты другие. На трубе отпечатки пальцев рук или иные следы, указывающие на то, что труба могла находиться у М., не обнаружено. Необоснованно суд отказал осужденному А. в ходатайстве об оглашении показаний К., К.С. и Д. в просмотре видеозаписи и вызове в суд судебно-медицинских экспертов. Ходатайство А. не было приобщено к материалам дела.

Осужденный А. просит приговор суда отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение, обосновывая это тем, что суд в приговоре не дал оценки измененным показаниям М.С., который являлся заинтересованным лицом и впоследствии был оправдан; нет доказательств о наличии у него умысла на убийство трех лиц и доказательств, свидетельствовавших бы о том, кого и чем он ударил; суд необоснованно отказал в ходатайстве о вызове экспертов для выяснения вопроса о том, могли потерпевшие после полученных повреждений передвигаться, при этом суд сам выступил в роли специалиста. К делу не было приобщено его письменное ходатайство.

Осужденный М. просит приговор суда отменить, виновным себя в убийстве не считает, так как в драке не участвовал, а находился в другом месте в гараже N 34. Суд в основу обвинения его в убийстве положил противоречивые показания М.С. и К.С., кроме того, их показания, изложенные в приговоре, не соответствуют протоколу судебного заседания. Показания М.С., данные им на предварительном следствии по ходатайству А., не были оглашены, чем суд проявил односторонность судебного следствия. Д. в суде объяснил причину измененных показаний, примененным к нему насилием со стороны работников милиции (л.д. 41) и этому в приговоре не дана оценка.

Д., выражая свое несогласие с приговором, указывает, что он не принимал участия в совершении разбойного нападения и в суде об этом не добыто доказательств.

В возражениях потерпевшая Х.В. просит жалобы осужденных и адвокатов оставить без удовлетворения.

Ознакомившись с протестом, потерпевшая Х.В. подала объяснения, в которых выразила свое согласие с протестом.

В возражениях на кассационный протест осужденный Д. просит его отклонить.

М. в своих возражениях на протест высказывает свое несогласие с выводом прокурора об участии М. в убийстве.

Проверив материалы дела, доводы кассационного протеста и кассационных жалоб, судебная коллегия считает приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.

Так суд в нарушение требований ст. 314 УПК РСФСР не дал оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам.

Суд, принимая решение об оправдании Д. и М.С., указал, что кроме показаний К. об участии в избиении всех подсудимых, других доказательств не имеется.

Как обоснованно указано в протесте суд не дал оценки показаниям К., пояснившего в суде, что он дрался с одним потерпевшим, а двое других ушли туда, где были М. и Д., а когда он зашел за угол к тому месту, то те двое уже лежали, при этом А. выкинул за забор лом, а у Д. в руках была бита, которую он всегда возил с собой в машине.

Судом не дана оценка показаниям М.С., данных им в суде, из которых следует, что когда он прибежал к месту драки у М. в руках была труба, у Д. в руках была деревянная бита, рядом лежали трое потерпевших (т. 8 л.д. 149).

Не были приведены в приговоре и остались без оценки показания свидетелей Д.В. о наличии у ее мужа деревянной биты (т. 1 л.д. 157 - 158, т. 2 л.д. 1 - 3), Д.Б. о том, что он действительно пытался изъять биту из автомашины своего сына (т. 1 л.д. 173, 181, т. 2 л.д. 57 - 60, т. 8 л.д. 123), А.Б. о том, что при попытке изъятия из автомашины биты и монтировки был задержан отец Д., жена Д. препятствовала осмотру машины (т. 8 л.д. 141 - 142), Д.А. о том, что когда он возил на своей автомашине А., К., М.С. и Д., они разговаривали между собой и обсуждая избиение потерпевших, обращались к Д. и спрашивали его так ли это было. Если что-то было не так, то Д. говорил им, что это было, не так и рассказывал, как было на самом деле, потом Д.А. понял, что Д. был в курсе всего. Кроме того, К. сказал ему, что М.С. также принимал участие в избиении потерпевших (т. 2 л.д. 30 - 34, т. 8 л.д. 112 - 113).

У М.С. и Д. были обнаружены телесные повреждения, которым подсудимые дали объяснения, однако суд их не проверил.

Таким образом, суд при постановлении оправдательного приговора в отношении Д. и М.С. не выполнил требования закона, обязывающего проанализировать доказательства, обосновывающие вывод суда о невиновности подсудимых, привести мотивы, по которым суд отверг доказательства, положенные в основу обвинения.

Обоснованными являются доводы жалобы осужденного М. о том, что показания М.С., изложенные в приговоре, не соответствуют протоколу судебного заседания. В частности в протоколе судебного заседания отсутствуют показания М.С. о том, что он видел, как во время драки мелькали лом и лопата. Вместе с тем такие показания были даны М.С. в ходе предварительного следствия. Наряду с этим, в протоколе судебного заседания есть показания М.С., когда он пояснял, что саму драку он не видел (т. 8 л.д. 130). При таких обстоятельствах суд обязан был выяснить причины этих противоречий и дать им оценку, поскольку они могли повлиять на доказанность вмененного обвинения.

Суд, признавая А. и М. виновными в совершении убийства, привел в приговоре показаниям А. о том, что он и М. не принимали участие в драке, однако в приговоре этим показаниям не дана оценка.

В судебном заседании А. заявил ходатайство о воспроизведении видеозаписи показаний К. с целью проверки правдивости показаний последнего, но ему в этом было необоснованно отказано, что повлияло на полноту и объективность судебного следствия.

Осужденные в ходе предварительного следствия и судебного заседания меняли свои показания, однако в приговоре не отражено по каким основаниям судом были отвергнуты одни показания и приняты другие.

Таким образом, суд не выполнил требования ст. ст. 20, 68, 314 УПК РСФСР, обстоятельства дела всесторонне, полно и объективно не исследовал.

Перечисленные нарушения закона судебная коллегия признает существенными, повлиявшими на постановление законного и обоснованного приговора, а потому в соответствии с требованиями ст. 345 УПК РСФСР приговор подлежит отмене, а дело передаче на новое судебное рассмотрение.

Что касается других доводов, то они могут быть проверены при новом разбирательстве дела.

При новом рассмотрении дела необходимо всесторонне, полно и объективно исследовать все обстоятельства дела, дать надлежащую оценку всем доказательствам и в зависимости от добытых данных разрешить его по существу.

Если при новом рассмотрении дела будут установлены обстоятельства, свидетельствующие о совершении Д. и М.С. более тяжкого преступления, чем то, в совершении которого они признаны виновными судом, то суду следует обсудить вопрос о назначении им более строгого наказания.

Поскольку действия А., К., М., М.С. и Д. непосредственно связаны с обвинением К.С. в совершении преступлений, то в отношении его приговор также подлежит отмене.

Обсуждая вопрос о мере пресечения осужденным А., К., М., М.С. и Д. судебная коллегия считает необходимым оставить им прежнюю - содержание под стражей, при этом учитывается тяжесть предъявленных осужденным обвинений.

Руководствуясь ст. ст. 332, 339, 351 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Саратовского областного суда от 29 декабря 2000 года в отношении К., А., М., М.С., Д. и К.С. отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе судей.

Меру пресечения содержание под стражей А., К., М., М.С. и Д. оставить без изменения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"